Онлайн книга «На тринадцати ветрах. Книги 1-4»
|
Однако, закончив молитву и встав с колен, мадам Тремэн была удивлена, увидев, что он не ушел: – Что-нибудь еще? — Да, мадам, извините меня! Я бы хотел вам сказать, что собираюсь отправиться в Варанвиль, чтобы поделиться этой радостью. Лизетта сказала, что вы тоже намеревались туда поехать… — Несомненно, но у меня изменились планы. Раз уж вы собрались туда, так и поезжайте. Разумеется, передайте барону и баронессе самые нежные поздравления от моего имени. И поцелуйте от меня мою дочь. Это было сказано таким безмятежным тоном, что старый мажордом почувствовал себя совершенно сбитым с толку. Тем не менее он решился спросить: — Могу ли я сказать Белине, чтобы она готовилась к возвращению вместе с нашей маленькой Элизабет? Без нее в доме так пусто!.. — Я помню об этом, Потантен, но, мне кажется, будет лучше, если она еще на какое-то время задержится там рядом со своим «братишкой». Она ведь изведет нас и все время будет проситься в Амо-Сен-Васт, а это стеснит доктора. Пока ее отец не поправился окончательно, она будет более счастлива там… — А вы, мадам Агнес, будете ли вы более счастливы без нее? Приход Жанны Куломб, кормилицы, которая принесла малютку Адама (ему вот-вот должен был исполниться годик), избавил молодую женщину от ответа. Агнес вдруг широко улыбнулась и протянула руки навстречу своему сынишке.– Любовь моя! Ну, как мы себя чувствуем сегодня? — Не слишком хорошо, мадам. Его беспокоят зубки, он плачет, почти не переставая. В самом деле, малыш, всегда готовый доказать свое природное добродушие и обычно сговорчивый, на этот раз остался сидеть на руках у Жанны, обхватив ее одной рукой и засунув большой палец другой руки в свой маленький ротик. По его пухлым щечкам катились огромные слезы. Его матери всегда доставляло радость смахнуть эти слезки и приласкать его, но на этот раз ей даже не удалось взять его на руки. Как только она захотела его обнять, он отвернулся, уцепился покрепче за шею своей кормилицы и заголосил. Но Агнес настаивала: — Иди же к своей мамочке, мой дорогой!.. Те же усилия и тот же результат. Тонкие брови мадам Тремэн высоко взлетели. — Что с ним такое? – спросила она сквозь зубы. – В первый раз он отказывается пойти ко мне. Раньше он всегда успокаивался у меня на руках. А сегодня… — Это просто каприз, мадам! Он с утра сегодня все хнычет! Наверное, у него болят зубки, бедный котеночек… — Почему вы не даете ему корень алтея? — Дело в том, что он у нас кончился. Я почему-то думала, что оставался кусочек, но в горшочке пусто… — Могли бы и раньше это заметить! Немыслимо!.. Вы же знаете, что Потантен каждое утро ездит в Сен-Васт, он бы привез вам… Нервными шагами она мерила комнату, скрестив руки на груди, сильно раздосадованная тем, что маленький сын отверг ее на глазах старого слуги, который только что был готов обвинить ее в том, что она недостаточно внимательна к своей дочери… Кормилица пыталась защищаться: — Я не знала! Месье Потантен всегда уезжает так рано… И потом, я никогда не позволю себе приказывать ему… Она и сама едва не расплакалась, а младенец в это время кричал все громче и громче. Это окончательно вывело Агнес из равновесия. — Сколько разговоров из-за кусочка корня! Он сейчас же его привезет! Вот и все! Она сказала это таким пренебрежительным тоном, что Потантен покраснел. |