Книга Хрущевка княжны Соколовской. Книга 2, страница 79 – Аманда Франкон

Последним рывком я осмотрела холл, где и нашла сестер, отдыхающих от общей суеты у приоткрытого окна. За время жизни со мной они уже привыкли к постоянной прохладе, и сейчас это оказалось мне на руку: я ударила в лица обеих порывом холодного ветра, отчего забранные в прически локоны разметались по плечам. И тут же почувствовала, как обе вскакивают с мест.

Сил на контроль больше не осталось. Я рывком свернула «поисковую сеть» и тут же почувствовала, как голова наливается болью, а грудь сковывает от невозможности вдохнуть.

— Не боитесь, что я в порыве тревоги задушу вас? – прибегла к последнему аргументу, пытаясь оттолкнуть старика. Но его веса хватало, чтобы оставаться на месте.

— Не посмеете, – пропыхтел он, пока кольцо его рук сжималось вокруг моего лица. – Не поставите под угрозу сестер таким скандалом.

И черт возьми, старик совершенно прав.

Когда мерзкое морщинистое лицо оказалось совсем рядом, я закатила глаза и, рвано вдохнув, захрипела так сильно, что почти оплевала старика. Он отпрянул, а я тут же повалилась на пол. Ударилась бедром о край шкафа, но не обратила на боль внимания.

Вообще-то благодаря тренировкам и упражнениям, которые дал мне Краузе, я вполне могла бы стоять на ногах и даже вести легкую беседу и после такого напряжения, но демонстрировать свои настоящие возможности буду на экзамене перед Эдуардом, а сейчас время побыть тщедушной леди.

Сквозь опущенные ресницы я наблюдала за Яринским. Он, оправившись от первого шока, снова приблизился.

— Даже не надейтесь, что ваша бездарная игра вас спасет! – проскрипел он, наклонился и схватил меня за руку.

С неожиданной силой рывком поднял с пола, и в тот момент, когда я приготовилась уже без всяких сантиментов дать ему пощечину или вовсе двинуть по лицу кулаком, распахнулись двери.

— Марго!

Я узнала голос Марты и показательно обмякла в руках старика, закатывая глаза. Спустя мгновение сестры уже приблизились. Марина сразу подбежала к окну и распахнула его еще шире, Марта засуетилась в поисках графина с водой или работника, который мог бы принести питье.

— Что случилось? – Марта помогла Яринскому пересадить меня на кресло.

— Мне стало дурно и добрые тетушки Константина Георгиевича привели меня сюда. Я стояла у окна, мы беседовали, но голова все сильнее кружилась… – я глубоко вдохнула, всеми силами демонстрируя дурное самочувствие. – Потом я кажется упала…

Я с намеком покосилась на Яринского. Пусть подыгрывает, если не хочет стать в глазах моих сестер тем негодяем, который довел меня до приступа.

— Да, милая княжна, вы начали падать, но я успел вас подхватить. Ваши сестры, должно быть, очень чутко научились распознавать вашу магию, раз сразу пришли, – сообразив, что от него требуется, кивнул банкир.

И вуаля, в глазах многочисленных тетушек, которые ворвались в комнату с водой, веерами и причитаниями, я уже не опороченная нищая дворянка, а нищая дворянка, благородно спасенная будущим женихом. Тоже так себе история, но меня она ни к чему не обязывает.

Я расслабилась и позволила сестрам развести вокруг суету. Голова в самом деле немного кружилась, в теле чувствовалась противная слабость, но она ни в какое сравнение не шла с тем давящим чувством, которое возникало перед настоящим приступом.