Книга Апрельское, или Секрет забытого письма, страница 46 – Елена Тюрина

— Светлана, — раздался голос Габриеляна. — А я вас ищу. Пойдёмте, познакомлю с нашей командой.

— Света, это кто там? Ты где вообще? — послышалось в трубке.

— Ладно, давай, пока. Я потом объясню, — я отключилась, выбрала в телефоне режим полёта и направилась к Борису Кареновичу.

Спеша за Габриеляном, я прошлась беглым взглядом по табличкам с именами участников мероприятия. Когда Ирина расставляла пластиковые холдеры, мне было не до того, чтоб вчитываться в текст. А сейчас как-то само в глаза бросилось. Сначала решила, что показалось. Но остановилась, прочла внимательнее. И меня словно молнией прошибло. Не бывает подобных совпадений! Человека с такими именем и фамилией я когда-то знала. Поэтому мысленно молила все высшие силы о том, чтобы это был не он. Ну, вдруг! Мало ли в мире тёзок и однофамильцев!

— Пойдёмте, пойдёмте, — поторапливал меня Борис Каренович. — Вот и наши меценаты.

У входа в конференц-зал стояли и разговаривали двое мужчин в деловых костюмах, а также несколько дам явно из числа чиновниц, судя по пышным начёсам и надменным выражениям лиц. Женщины были, по меньшей мере, вдвое старше своих собеседников. Но они буквально таяли и щебетали сладкими голосочками, стоило кому-то из мужчин к ним обратиться. И их можно понять. Оба были довольно рослые, хорошо сложенные и наверняка недурны собой. Один, повёрнутый к нам спиной, был жгучим брюнетом. Второй, стоявший вполоборота, русый.

— Вот, друзья, познакомьтесь, Светлана Юрьевна Ласточкина, автор книги, которую сегодня будем презентовать публике. А это Денис Дмитриевич Ростовский...

Русый кивнул, доброжелательно улыбаясь. А я, не чувствуя ног, перевела глаза на второго.

— И тот, о ком я вам уже говорил. Наш благодетель Максим Ильич Богорад, — продолжал Габриелян.

Увы, вселенная осталась ко мне глуха. Улыбка с лица Богорада моментально сошла. На секунду мы словно застыли, забыв, что вокруг нас люди.

— Добрый день, — наконец промолвил Максим негромко.

И добавил:

— А я думал, однофамилица.

— Я тоже так думала, — отозвалась тихо.

Он сильно изменился... Заметно повзрослел, возмужал. Отпустил бороду. Мне кажется, побрившись, он был бы больше похож на себя прежнего. А эта красивая, модная бородка добавляла ему солидности, возраста и сходства с отцом.

Ноги стали ватные. Я потеряла способность соображать и растерянно смотрела по сторонам. Только бы не встречаться с ним взглядом! Поглядела туда, где возвышался президиум, и к своему ужасу только теперь обнаружила, что таблички с нашими именами стоят рядом. Значит, нам придётся сидеть бок о бок. Я поискала взглядом Ирину. Хотела попросить поменяться с кем-то местами.

…Десять лет прошло, а как будто вчера это было. До сих пор во всех деталях помню тот день. До того болезненные, острые эмоции вызывали у меня те воспоминания, что я даже единственное видео, которое у меня было с Максимом, когда он играет с Лисом, так и не смогла ни разу пересмотреть. Кстати, Лис до сих пор был жив и здоров. В отличие от части моей души. И каждый раз, когда я вспоминаю, у меня в горле ком, потому что…

Очнулась я в карете скорой помощи. Было непонятно, болит что-то или нет. И если болит, то что. Какое-то чумное состояние. Видимо, меня обкололи обезболивающими. Весь мир куда-то исчез, не было никаких ощущений и почти не было звуков. Я даже не плакала. Куда-то на задний план отошли все боли. Мне стало всё равно на них. Только сердце стучало во всём теле. Я ощущала каждый удар.