Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 175 – Мурзель

Это лишь раззадорило магната, и он с еще большим рвением продолжил свое грязное дело. Его стоны, влажные шлепки, громыхание ножек стола по паркету — все это сливалось в омерзительную какофонию, и Кэтрин ощущала, что у нее вот-вот взорвется голова.

Это сон! Дурной сон! Вязкий липкий кошмар, от которого просыпаешься в холодном поту, слыша отголоски собственного крика. Кэтрин до боли хотела проснуться, но не могла. Потому что это был не сон. Это была реальность. Жуткая, чудовищная реальность, и разум просто отказывался ее принимать.

Кэтрин утратила счет времени, казалось, этот ужас не кончится никогда. Ее подташнивало, перед глазами мельтешили черные мушки. Она поняла, что вот-вот потеряет сознание, как вдруг все резко оборвалось. Магнат издал гортанный рык, на миг застыл и обмяк, своим телом придавливая Брайана к столу. Повисла тишина, только сердце отсчитывало тягучие болезненные удары.

Наконец, Вудвилл выпрямился и запахнул халат, а Брайан осел на пол, пытаясь связанными руками натянуть штаны. Кэтрин, захлебываясь слезами, смотрела на его окровавленное лицо, ее губы дрожали, а в груди горело так, будто в нее через глотку залили раскаленный свинец.

Магнат взял с каминной полки бутылку виски и наполнил стакан. Отхлебнув, он повернулся, чтобы что-то сказать, но в этот момент постучали в дверь.

— Войдите.

Створки распахнулись, и в кабинет с поклоном вошел дворецкий. При виде открывшейся перед ним картины он даже бровью не повел.

— Принесли ваши документы, сэр, — невозмутимо произнес он, протягивая Вудвиллу стопку бумаг.

Тот пригубил спиртное и, поставив стакан на полку, взял документы. Небрежно пролистнув их, магнат бросил на Брайана насмешливый взгляд.

— Что ж, поздравляю. Тебе удалось найти серьезные доказательства против меня. Боюсь представить, что бы со мной было, попади эти документы в чужие руки. Как пить дать, упекли бы за решетку лет на десять.

С этими словами Вудвилл швырнул бумаги в камин. Пламя вспыхнуло, алчно пожирая страницы. Кэтрин и Брайан безмолвно смотрели, как они скручиваются, чернеют и рассыпаются в прах, а все надежды огненными искорками улетучиваются в дымоход.

Когда бумаги превратились в золу, магнат спросил у дворецкого.

— Опий готов?

— Да, сэр, — кивнул тот. — Трубка и лампа ждут вас.

— Хорошо. — Вудвилл повернулся к Брайану и Кэтрин. — А с вами, голубки, я еще не закончил. Скоро вернусь, и мы продолжим нашу увлекательную беседу. Не скучайте!

Он вместе с дворецким вышел за дверь, и Кэтрин услышала, как в замке провернулся ключ. Она так и стояла на стуле, с петлей на шее, а Брайан сидел на полу, и у обоих были связаны руки. Веревка впивалась в горло, пальцы ног ныли, ведь Кэтрин даже не могла опуститься на всю ступню. Положение казалось безвыходным. Как долго ей еще хватит сил стоять на носках?

Когда шаги в коридоре утихли, Брайан поднялся на ноги. Он быстро оглянулся по сторонам, подошел к каминной полке и зубами взял стакан с недопитым виски. Опустившись на колени, он положил стакан на пол, а затем встал и осторожно раздавил его подошвой.

Звяканье лопнувшего стекла потонуло в потрескивании камина. Брайан снова уселся на пол и, подхватив осколок связанными за спиной руками, начал перепиливать веревку.

Кэтрин следила за его действиями, затаив дыхание. Вскоре Брайану удалось освободить руки, и он кинулся к ней. Первым делом стащил с ее шеи ненавистную петлю, а затем разрезал путы, стягивающие запястья.