Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 171 – Мурзель

— Да, сэр.

— Живо отправь туда кого-нибудь порасторопней. Пусть принесут мне эти чертовы бумаги. И пригласи-ка сюда нашего гостя.

— Будет исполнено, сэр.

Дворецкий с поклоном ушел. Когда за ним закрылась дверь, Вудвилл посмотрел на Брайана, затем повернулся к Кэтрин. Его бесцветные глаза светились недобрым блеском, от которого по коже пробежал озноб.

— Ну что ж, — произнес магнат. — Раз вы оба здесь, предлагаю развлечься.

— Что вы имеете в виду? — Во рту пересохло, и Кэтрин едва смогла выговорить эти слова.

Магнат небрежно стряхнул пепел с сигары и поднялся с дивана. Брайан заметно напрягся, а «пинкертоны» за его спиной наставили на него револьверы.

Вудвилл подошел к Брайану вплотную. Они были одного роста — белокурый англичанин со светлой кожей и тонкими чертами лица, и смуглый метис с резкими скулами и заплетенными в длинную косу черными волосами. Совершенно непохожие, словно из разных миров, они с неприязнью уставились друг другу в глаза. Воздух стал тяжелым и липким, будто в нем разлили смолу. В гнетущей тишине Кэтрин отчетливо ощущала удары своего сердца.

— А вы думали, вам сойдет это с рук? — наконец заговорил Вудвилл. Он затянулся сигарой и продолжил: — Я — деловой человек, и мое время стоит денег, а я потерял две недели, гоняясь за крысами, которые украли мои бумаги. Мне — Томасу Вудвиллу — пришлось понервничать из-за какой-то ирландской суки и индейского пса. Из-за вонючих полукровок, которые стоят меньше, чем пыль под моими ногами!

С каждым словом Кэтрин все больше холодела изнутри. Они с Брайаном попались в ловушку. Вдвоем, безоружные — против вооруженных до зубов громил, и безумца, упивающегося своим превосходством.

— Ты дал слово, что отпустишь ее, — напомнил Брайан, в бессильной ярости сжимая и разжимая кулаки.

— Да, — ухмыльнулся Вудвилл, перебросив сигару в другой уголок рта. — Я пообещал, что Я не буду удерживать мисс О’Доннелл. Но что делать с теми, кто жаждет правосудия?

— Что ты несешь?

Вместо ответа магнат подошел к двери и распахнул ее. Кэтрин увидела, что на пороге, переминаясь с ноги на ногу, стоит ее брат.

— Входите, мистер Миллер. Присоединяйтесь к нашей дружной компании.

Алан нерешительно шагнул в кабинет, а Вудвилл подошел к камину и взял с полки какую-то бумагу. Когда он ее развернул, Кэтрин узнала плакат о розыске. Магнат демонстративно посмотрел на фотографию, затем на нее саму, а потом обратился к Алану.

— Узнаете эту женщину, мистер Миллер?

Секунду поколебавшись, брат плотно сжал губы и кивнул.

— Это она разыскивается за убийство вашего отца?

— Да, — потупившись, выдавил он.

— Ну что ж, закон есть закон, — с пафосом произнес Вудвилл. — Мисс О’Доннелл убила человека. Причем ни кого иного, как помощника шерифа, что только усугубляет ее вину. В объявлении сказано: «доставить живой или мертвой». Поэтому, если мы ее сейчас вздернем, то это будет не преступлением, но актом свершившегося правосудия.

— Что?! — взревел Брайан. — Ах ты кусок дерьма!

Он кинулся на Вудвилла, но его тут же с двух сторон схватили под локти. Шифоньер, держащий на прицеле Кэтрин, щелкнул курком.

— Мисс О’Доннелл, приструните своего ручного зверька, — глумливо бросил ей Вудвилл, — иначе ваши мозги запачкают дорогие обои.

Кэтрин молчала. Губы дрожали, по щекам текли слезы. Все было как в тумане, и она никак не могла уловить смысл сказанных слов. «Правосудие»? Что он имеет в виду? Он же не собирается ее вешать прямо сейчас?