Онлайн книга «Захват Неаполя. Берёзы»
|
— Его величество желает поохотиться!!! Шарль снова тяжело вздохнул, покачал головой и произнес, едва сдерживая смех: — Жан! Вашим голосом только… — Что, ваше величество?.. – Жан де Бетанкур не понял смысла старой сальной шутки, окончание которой король из деликатности опустил. — Войска созывать на битву! Никакая труба не понадобится… – нашелся, что ответить король. – Ступай, организуй мне охоту на оленей… Бетанкур весело засмеялся, приняв слова короля за комплимент. — Будут ли еще указания, ваше величество?.. – он, не отрывая взгляда, посмотрел на Шарля. Король почесал подбородок, задумался. Что-то, сидевшее где-то в самой глубине его души, тревожно зашевелилось. Это странное ощущение, вызывающее чувство тревоги или ожидания неизбежности чего-то неприятного, всегда злило и раздражало короля. Он не понимал, как и откуда в нем проявляется эта неведомая сила, словно подсказывающая ему обо всех скрытых и опасных событиях, которые еще не произошли, но наверняка проявят себя в будущем. — Срочно писца и, желательно, самого молчаливого… Бетанкур поклонился и исчез за закрывающейся дверью. Шарль развернулся и подошел к окну, любуясь Неаполитанским заливом. Он был весел и насвистывал себе под нос мотив какой-то веселой песенки, но ощущение – странное и тревожное не покидало его. Когда в комнату вошел, низко поклонившись почти до пола, молодой и высокий писец-монах, Шарль жестом приказал тому сесть и приготовиться писать. — Срочное письмо мессиру Ги де Леви во Францию, в сенешальство Каркассон и владение Мирпуа… – приказал он. Писец, ловивший на лету быстрые слова короля, проворно записал официальную шапку послания, лишь однажды, для верности, заглянув в свой список с титулами и званиями особо важных для короля сеньоров, среди которых, естественно, на одном из первых мест находился Ги де Леви. Он окончил запись и посмотрел на короля. — Друг мой и брат, – начал диктовать Шарль писцу, – снова вынужден призвать тебя и твоих людей на помощь. Дело, конечно, пустяковое, но, видит Господь, что оно меня очень тревожит, да и ты что-то позабыл меня. Мы извещены, что наш брат – король Людовик милостиво позволил тебе выступить к Неаполю, но я настаиваю, чтобы ты приехал еще до праздника Святой Пасхи Христовой… – Шарль посмотрел на писца и добавил, – дальше напиши все, что положено. А пока, я приложу печать и поставлю свой вензель… Король подошел к писцу и расписался красивым вензелем, составленным из латинских букв «Carolus», слуга накапал горячий сургуч, после чего Шарль приложил свой перстень-печатку, с довольным видом кивнул головой и направился к выходу из комнаты Он и не подозревал, что Конрадин, Беатриса и триста немецких рыцарей уже перешли горный перевал и теперь спускаются, держа курс на Верону. Рим. Замок Святого Ангела. 5 ноября 1267г. В комнату, где заседала курия папы Климента, быстрыми шагами вошел монах-бенедиктинец, который незаметно подошел к одному из кардиналов и что-то шепнул тому на ухо. Лицо кардинала, еще недавно красное от споров и обсуждений насущных вопросов, побелело, рот открылся, а глаза остекленели, приняв глупое и растерянное выражение. Бенедиктинец потоптался возле него, после чего пожал плечами и также незаметно покинул комнату. — Ваше святейшество… – тихим и дрожащим голосом произнес кардинал, устремляя свой взгляд на Климента. |