Книга Захват Неаполя. Берёзы, страница 111 – Виктор Бушмин

Семья Кавальканти издревле (так уж почему-то сложилось) поддерживала императоров, за что ее причисляли к гибеллинам. Наш Козимо и тут решил выступить против всех – он разругался с отцом, дядей и братьями, объявил их антихристами и демонстративно поступил в папские войска. Тут, надо сказать, ему неслыханно повезло!

Еще бы! Знатный отпрыск древнего гибеллинского рода, Козимо де Кавальканти стал в одночасье живым символом и лозунгом всего того, к чему так долго стремились первосвященники – он показал, причем наглядно и на собственном примере, что дело папы и гвельфов правое и законное. Шуму-то было!..

При всем этом, Козимо проявил себя довольно-таки толковым и грамотным воином, его отличал острый ум, быстрая реакция, чудовищная память и колкий язык. Когда, однажды, один из капитанов был убит арбалетной стрелой, а отряд папских гвардейцев растерялся и стал рассыпаться, словно карточный домик, теряя строй и дисциплину, только его реакция и, отчасти гордыня, позволили спасти безвыходное, как всем показалось, положение, переломить ход неудачно складывающегося боя и разбить численно превосходивших их гибеллинов.

Папа Климент – надо отдать ему должное – приметил этого решительного юношу и, на одном из приемов, состоявшихся в замке Святого Ангела, вызвал его из толпы рыцарей и громогласно объявил своим капитаном и гонфалоньером. Шуму-то было!..

Но Козимо (и тут проявился во всей красе его непостоянный и протестный характер) мало прельщало стать придворным интриганом, крючкотвором и бездельником. Он тайком от всепроникающих взглядов папы Римского сколотил отряд рыцарей. Небольшой – человек триста, но такой отчаянный и боеспособный, что его стали побаиваться все – и гвельфы, и гибеллины. Климент и сам испугался, но, переговорив с Козимо, понял, что прыткий юноша создал для него нечто такое, о чем он даже и мечтать не мог. Козимо де Кавальканти создал и родил в муках гвардию в гвардии! Теперь Климент мог спокойно засыпать и когда он отправлял этих рубак с каким-либо, пусть и самым отчаянным и безумным на первый взгляд поручением, то мог совершенно спокойно не сомневаться в том, что они его исполнят, причем, точно, быстро и, самое главное, в срок!

Но и тут стало скучно Козимо. К его счастью (надо же, как везет парню!) Конрадин вторгся в северную Италию, города восстали, даже в Риме становилось не безопасно. Он носился круглыми сутками по объятой пламенем гражданской войны Италии, крушил и громил врагов папы Климента и, когда тот позорно бежал, скрываясь от гнева восставших сторонников Конрадина, отвел свой отряд на юг, к границам с королевством Шарля де Анжу. Он встретил там того, о ком тайно мечтал – своего двойника! Этим двойником, как вы уже понимаете, стал Мишель Ла Рюс – русский наемник, лишившийся родины и поступивший на службу к королю Обеих Сицилий.

Две неуемные и беспокойные по сути натуры нашли друг друга, не прошло и пары дней после их знакомства, как они уже и шагу не могли ступить раздельно!

Они обожали женщин, но их одиночество просто кричало в полный голос, разыскивая такого же, как и они, неутешного романтика, одинокого волка-разбойника и человека, с кем бы просто было поговорить на одном языке, или просто помолчать в трудную минуту, крепко сжав его руку.