Книга Захват Неаполя. Скала Роз, страница 100 – Виктор Бушмин

— О, мадонна! – Почти хором произнесли итальянцы. – Монсегюр!..

Доменико поклонился Гуго и остальным воинам из отряда де Леви.

— Для всех нас великая честь быть побежденным рыцарями, бравшими неприступный замок Монсегюр!..

Шарль де Анжу, пользуясь удобным стечением обстоятельств, вышел перед капитулировавшими итальянскими рыцарями и громко произнес:

— Мессиры! Мы принимаем решение отпустить вас домой! Но, – он окинул требовательным взглядом их лица, – только в том случае, если вы дадите слово не обнажать оружие и не сражаться против меня и моих людей под знаменами вероломного еретика Манфреда!

Доменико переглянулся с товарищами, вышел вперед и, поклонившись королю, произнес:

— Сир! Мы клянемся, что не поднимем оружие против вас и ваших людей! Мы клянемся, что не станем сражаться под знаменами Манфреда, а если он силой заставит нас принять участие в его войске, мы советом попытаемся отговорить наших родичей и знакомых от сражения с вами и вашими войсками!..

— Можете быть свободны, синьоры… – Шарль протянул свою руку для целования, давая понять, что больше не собирается задерживать пленников.

Итальянцы по очереди целовали руку короля, кланялись и покидали палатку. Первая победа далась легкой ценой…

В это время один из патрульных разъездов привез трех мародеров, пойманных во время разграбления одного из сел, лежащих в трех лье от замка Арче. Шарль понял, что надо использовать этот удобный момент на полную катушку, придал своему лицу суровое и напряженное выражение и произнес:

— Как они посмели нарушить мой Ордонанс и стали грабить мой народ?! – Итальянцы, не ожидавшие столь резкой перемены в поведении Шарля, опешили и отступили на шаг, сбиваясь в тесную кучу. Король посмотрел на них, улыбнулся и тихим голосом сказал. – Мессиры, незачем меня так пугаться. Я зол и свиреп только с врагом и нарушителями моего закона! Пойдемте на воздух и полюбуемся над этими мерзавцами.

Он резко развернулся и вышел из палатки, возле которой на коленях стояли три наемника из числа воинов пехоты Филиппа де Кастра. Шарль гневно посмотрел на них и, не прислушиваясь к их мольбам о пощаде, произнес:

— Повелеваю четвертовать мерзавцев и повесить в центре селения, дабы остальным неповадно было грабить и насиловать мой народ, нарушать мои законы и плевать на обычаи! Их командира найти и… – Шарль почесал нос, – отрубить ему голову.

Пленники заголосили, пытаясь докричаться до ушей короля, но Шарль был невозмутим, он разом потерял всякий интерес к осужденным, повернулся к ним спиной и сказал итальянцам:

— Синьоры, ступайте по домам и расскажите всем, что новый король Неаполя чтит законы и уважает собственность своего народа.

Писцы проворно написали указ о казни, воины быстро погрузили мародеров на телегу и отвезли в разграбленное селение, где им отрубили руки, покусившиеся на добро и имущество жителей, отрубили ноги, топтавшие благодатную почву королевской земли, и повесили, нацепив на грудь таблички с надписью «грабители и мародеры».

Слух о том, что новый король чтит своих подданных, уважает собственность людей и защищает их от своих же воинов, с быстротой молнии разлетелся по всей южной Италии, выбив почву из-под ног Манфреда.

Армия Шарля де Анжу решила не задерживаться возле замка Арче и, выстроившись тремя боевыми колоннами, стала спускаться в плодородные долины южной Италии. Филипп де Кастр, получив полный карт-бланш на командование объединенными силами пехоты, быстро наладил переправы через быструю горную реку Вольтурно, заморозив в ледяной воде почти сотню пехотинцев, но позволил армии войти в горные области Алифе и Педемонте.