Онлайн книга «Альбигойский Крест. На Тулузу!»
|
— Пойдем в спальню… – прошептала она, беря его за руку, – ты, просто, сводишь меня с ума! «Как бы не так, – мелькнуло в голове Авраама, – свожу с ума, а от нее неизвестно кто выходит, да еще посередине дня!». — Ой, рад бы, да мне бежать надо… – соврал он, хотя в его голове промелькнула мысль, что часик он мог бы спокойно провести у нее в постели, уж больно сладка была вдовушка. – Дядюшка, как назло, начал ворчать, что я распродал всех почтовых голубей. Ему, видите ли, сейчас понадобился один такой! Вынь, да и положи ему! Письмо ему надо отправить… Катерина мельком взглянула не него. В ее взгляде пролетело что-то, напоминающее подозрение или недоверие, но она сдержалась и ответила: — У меня решил поискать. Ах ты… — Да, – ответил он, отводя глаза. – кровь из носу, а мне нужен один голубь, тренированный для полетов в Арагон. Я, помнится, тебе продал парочку таких… — Это не мне… – холодно отрезала вдова. – Меня просил один мой знакомый, ему было все равно, почтовые они, или нет. — Очень жаль, – покачал головой еврей, – ах, как жаль! Просто беда! Катерина, золотая моя, а, может быть, я зайду к нему, сошлюсь на тебя, попрошу продать одну птицу, а?.. — Нет, уже ничего не получится. – Грустно покачала головой она. – Я их брала для сокольничего графа Амори. А его, как назло, сегодня утром убили… — Как убили? – Удивился еврей, хотя он уже слышал об этой ужасной новости. – Бедный человек. — Царствие ему Небесное, – перекрестилась она, бросая холодный взгляд из-под полуопущенных ресниц. – Он, в пример многим, был очень добр ко мне… — Да? – игриво подмигнул ей Авраам. – Добр? Ой, я понимаю, о какой доброте ты говоришь… — Перестань! – Ответила она, сверкнув гневным взглядом. – Не тебе, да и не сейчас говорить такое о покойнике! Она разрумянилась, грудь ее высоко вздымалась. Было видно, что она сильно волнуется. — Ну, извини, мне надо бежать… – Авраам встал и направился к двери. – Буду дальше искать почтового голубя. Может быть, вечерком загляну, если ты не против… — Нет, не против. Доброму человеку и сердце радуется. Будет, кому утешить несчастную вдову… – игриво улыбнулась она. — До скорого свидания… – он помахал ей рукой и вышел на яркий солнечный свет, заливавший улочку, но, выйдя из дома, остановился на крыльце и, словно случайно, спросил. – Катерина, а, помнится, у сиротки Флоранс были какие-то голуби? — У нее тоже нет почтовых… – Неожиданно резко ответила она и закрыла дверь, словно опасаясь лишних расспросов. Авраам прищурился, солнце сильно пекло и слепило глаза, и пошел по улочке, направляясь к дому старшины города. Его долго не пускали в дом. Слугам нравилось издеваться над евреями, получая призрачную компенсацию за все свои житейские неудачи, в которых, естественно, за неимением других первопричин, винили весь еврейский народ. После долгих мытарств и откровенных издевательств, городской старшина смилостивился и принял измученного жарой и слугами Авраама. Он изобразил откровенное пренебрежение к его странной просьбе, связанной с голубями, и, хотя являлся одним из крупных должников его дяди, долгое время разыгрывал знатного вельможу, компенсируя, таким образом, свои финансовые издержки по займам. Только после вмешательства его жены, шепнувшей ему что-то важное на ухо, городской старшина сменил гнев на милость и пустил еврея в голубятню. Авраам придирчиво осмотрел всех птиц, похвалил охотничьих соколов, чей холеный откормленный вид был поистине царственен. Но, и у старшины не оказалось почтовых голубей – только обычные сизари, с которыми игрались его внуки и племянники. |