Книга Альбигойский Крест. На Тулузу!, страница 124 – Виктор Бушмин

— Мессир Вивьен де Ломейн! Я, Жильбер де Клэр, граф Глочестер и Герефорд, вассал наихристианнейшего короля Англии, полностью соглашаюсь с вашими словами. Я заявляю, что для меня, всего моего рода и потомков будет высшей неблагодарностью и позором вспоминать этот день и час, когда я позволил себе наглость выступить против вас, ваших седин и благородства, вместо того, чтобы вынуть кинжал и отворить себе вены! Ваш пример вассальной верности не позволяет мне скрестить ланс с вами и вашими наследниками!..

— Это, еще, почему?! – Удивился Вивьен де Ломейн. – Чем вам, мессир де Клэр, не угодил мой сын? Он, слава Господу, находится в таком возрасте, который не позволит вам отказать от поединка!..

Жильбер снял с головы шлем, отбросил свой ланс в сторону, спокойно привязал шлем к седлу и спокойно ответил, глядя в глаза мессиру де Ломейну:

— Я не позволю себе сразиться с вашим сыном, мессир. У меня нет ни малейшего желания добавлять седины переживаний и огорчений к сединам верности, чести и преданности, коими вы так щедро украшены…

Вивьен был поражен спокойствием и благородством, сквозившем в каждом жесте, взгляде и слове англичанина. Он снял с головы шлем, поклонился и ответил:

— Истинно говорю вам, мессир де Клэр! Вы показали мне, как должны вести себя истинные паладины времен Карла Великого! Наше рыцарство уже разучилось чтить честь и быть благородными до корней волос… – Он низко поклонился и развернул коня, поехав к своему лагерю, где за поединком внимательно и удивленно следил граф Раймон де Сен-Жиль. Вивьен повернул голову и крикнул англичанину. – Благодарю вас за науку! И, простите меня за те два удара, что я по глупости нанес вам!..

Жильбер ничего не ответил, лишь молча покачал рукой, прощаясь с благородным стариком. Он развернул коня и, подъехав к оруженосцам, крикнул:

— Новый ланс!..

— Мессир, но у вас и тот был невредим… – опешил слуга, протягивая ему копье. – Может быть, мне сбегать за ним?..

— Не смей прикасаться к нему руками! – гневно крикнул на него Жильбер. – Ланс должен лежать на этом поле. Я больше никогда не прикоснусь к нему…

Вивьен де Ломейн молча подъехал к графу и посмотрел ему в глаза. Раймон не проронил ни единого слова, а лишь вздохнул, пытаясь изобразить на своем лице легкое недопонимание всему тому, что он только что увидел.

— Ваша светлость, я убываю в свои аллоды до окончания войны. – Степенно произнес Вивьен де Ломейн, ловя испуг и раздражение во взгляде графа. – Обязуюсь чтить и охранять вашу собственность и быть надежной защитой вам, ваша светлость, вашей семье, коли, случай приведет вас искать защиты и убежища у меня во владениях…

Раймон раскрыл, было, рот, чтобы что-то резкое ответить своему вассалу, но, увидев спокойное и решительное лицо мессира де Ломейн, только покачал головой.

Вивьен подъехал к группе рыцарей своего отряда, среди которых он увидел своего сына. Рыцари возбужденно переговаривались между собой, комментируя, по-видимому, удивительный исход поединка.

— Сын, мы тотчас убываем из Тулузы! – Решительно произнес отец, заставляя весь отряд примолкнуть и вслушаться в его слова. – Немедля!..

Оттон де Ломейн растерянно посмотрел на рыцарей и, ничего не понимая, спросил у отца:

— Батюшка, что, все-таки, стряслось? Почему мы должны покинуть ристалище и Тулузу? Сейчас, насколько я помню, моя очередь скрестить копья с этим зарвавшимся наглецом-англичанином!..