Онлайн книга «Граф Таррагона»
|
— Зачем?.. – она подошла к нему сзади и, обняв за талию, положила голову на его плечо. — Проверять будут… – мрачно ответил он, глядя за линию горизонта. – Жив я или умер… Норфолк. Англия. 26 июля 1129г. Большой четырехэтажный квадратный донжон, его называли норманнским, был выстроен еще отцом теперешнего владельца – покойным Гуго де Биго старшим. Это была высокая и массивная, до неуклюжести, квадратная махина с прямоугольными башенками, в которых располагались винтовые лестницы, соединявшие этажи главной башни. Сложенный из грязно-серых камней, северная кладка которых уже успела местами покрытья темно-зеленым мхом, донжон возвышался над башнями и куртинами цитадели и создавал гнетущее впечатление на всех жителей и гостей Норфолка. А другого от него и не требовалось. Владелец явно и неприкрыто демонстрировал всей округе свою силу и мощь. Черная и непроглядная английская ночь поглотила город, залила тихим мраком улицы и дома, посеревшие и помрачневшие больше прежнего, ведь они и днем не сильно радовали глаз пестротой красок. Только крепостные стены города и замка были кое-где освещены мерцающим светом факелов, нещадно чадивших и добавлявших и без того вонючей атмосфере примесь дегтя и сгоревшей смолы. Донжон был погружен во мрак. Лишь небольшое стрельчатое оконце на четвертом этаже башни ярко светилось и напоминало маяк, светивший кораблям посреди черноты бушующего моря и служивший путеводной звездой, дарящей спасительный путь к тихой и безмятежной пристани. Стражники, кутавшиеся в теплые провощенные тканевые камзолы, надетые поверх кольчуг, с опаской и страхом поглядывали на этот свет, лившийся из окна донжона. Когда Гуго не спал, а он частенько страдал бессонницей, на их головы сваливалось столько забот и напастей, что в пору было кричать караул. Хозяин замка и граф Норфолка медленно и верно превращался в вечно недовольного брюзгу, а его манера придираться к каждой мелочи уже становилась легендой, вот стражники и косились, опасаясь, как бы он не выглянул из башни и, пройдясь, по замку, не превратил их спокойную ночную смену в кошмар. — Господи, да когда же он заснет?.. – проворчал молодой копейщик, обращаясь к своему более зрелому возрастом напарнику. – Этак, у нас вся ночь наперекосяк пойдет… — Не ворчи и успокойся… – отрезал пожилой воин. – Хрен с ним, пусть колобродит хоть всю ночь напролет, лишь бы не удумал проверять гарнизон и выдумывать разную дребедень, вроде ночной атаки и налета врагов… Он с опаской покосился в сторону освещенного окна донжона и перекрестился. — Батюшка его, помнится, также чудил в старости… – прибавил он вслух. – Упокой Господь его душу… Молодой копейщик вздохнул и, опершись туловищем на копье, ответил: — Так тот уже старый был… – он вздохнул, – а, наш-то, только седеть начать… Над их головами с противным повизгиванием пролетела стайка летучих мышей. Молодой стражник поежился, осенил себя крестным знамением, и, плюнув в их сторону, сказал: — Жуть-то, какая… – он поежился, – не ночь, а прямо адский шабаш, прости меня Господи… — Тихо ты, дубина… – цыкнул на него второй стражник. – Слышишь, шаги? – молодой отрицательно покачал головой. – Небось, рыцарь охраны пошел проверять посты… — Пойду, пожалуй, встану возле лестницы на куртину. – Ответил молодой, поежился и, крепко сжав древко копья, направился к зияющей черноте лестницы, соединявшей куртину с башней. |