Онлайн книга «Проклятие Гийома Завоевателя»
|
«Это судьба, – подумал Генрих, глядя вслед уходившему рыцарю, – судьба. Он принес мне корону через кровь, он, судя по всему, и заберет ее…». Ему внезапно вспомнились слова древнего пророчества, которое казалось сказкой, но какой-то жуткой и правдивой сказкой, унесшей жизни его отца и среднего брата. Король как-то тяжело и грустно вздохнул, потом резко вскинул голову и тряхнул волосами, словно отгоняя от себя мрачные мысли, сомнения и предчувствия. «А, может, я сам себе все придумал? – Махнул в душе Генрих. – Я, что-то, стал суеверным в последнее время…» XV Море Дувр. Англия. 24 июля 1120 года. Обеденное время. Итак, все было готово. Годфруа де Леви, как и обещал королю Генриху, прибыл в порт Дувра за пять дней до отплытия в Нормандию. Горд и порт кипели, словно один большой котел. Толпы придворных, рыцарей и знатных сеньоров загодя приехали в город и теперь, все дома, гостиницы и постоялые дома были переполнены англичанами, спешившими вместе с королем Генрихом отправиться в Нормандию, где в устье реки Дива должны были проводиться торжества, посвященные захвату Англии великим Гильомом Завоевателем. Накануне отплытия прибыл король Генрих вместе с пышной свитой, казной и большой походной часовней, в которой служил мессы сам архиепископ Кентербери. Город буквально сошел с ума, на улицах возникла такая жуткая толчея, что королевским констеблям пришлось буквально силой разгонять толпу горожан и прочих зевак, высыпавших на улицы и запрудивших дороги, по которым в город должен был въехать королевский эскорт. Годфруа де Леви практически не спал последние дни. Он жутко мучался от осознания того, что вскоре должен отдать сигнал к смерти великого короля Англии. Но, он не знал, что все эти дни что-то неведомое, еле уловимое, зыбкое и тревожное, мешало спокойно спать и королю. Да, король Генрих был действительно великим королем Англии. Младший сын Гильома Завоевателя, он, казалось, всю свою жизнь должен был оставаться в тени братьев, не имея даже призрачных шансов на занятие престола Эдуарда Исповедника. Но, где-то судьба и рок, где-то, «добрая стрела» и прочие, до удивительной странности совпадения и хрупкие нюансы, открыли простор на пути к заветному престолу его отца. Генрих три раза перешагнул через свою совесть. Первый раз это случилось, когда он дал свое слабохарактерное согласие на смерть брата. Второй раз король перешагнул через нее, когда захватил престол в обход прав брата Робера. И, наконец, в третий раз Генрих искусил судьбу, когда пленил Робера Куртгёза и заточил его навечно в башне Тауэра. В той самой башне, которую построил их отец для устрашения Англии и свободолюбивого народа этого северного и вечно дождливого острова. Они столкнулись в порту, где на корабли заканчивалась погрузка вещей, имущества, поклажи и лошадей. Годфруа шел вместе с графом Андре де Йорк и молодым виконтом де Жиффар, который сильно переживал и расстраивался, когда узнал о скором убытии знатного франка, на котором он долгое время удачно наживался. Генрих раздвинул руками придворных и веселым голосом крикнул, приглашая де Леви присоединиться к его компании: — Сеньор де Леви! Как мы рады видеть вас здесь! Право, клянусь Господом, я уже и не ожидал вас увидеть в порту… Годфруа поклонился и ответил королю: |