Онлайн книга «Пророчество Гийома Завоевателя»
|
— Ваше Святейшество! Дайте мне первому крест из ваших, благословенных Богом, рук! – заявил Адемар и встал на колени. Папа Римский растерялся. Нити собора ускользали из его рук. Все планы относительно Филиппа Французского, еще утром казавшиеся решенными и пустячными, отодвигались фанатиком-проповедником и толпой обезумевших от религиозного порыва рыцарей. Урбан был вынужден уступить и присвоить епископу Адемару де Монтейль звание папского легата в предстоящем крестовом походе. И, странным образом, воззвание к данному походу, каким то чудом, оказалось… случайно подготовленным французами. Тысячи рыцарей Южной Франции, которых папа Урбан хотел напустить на Филиппа, в порыве всеобщего безумия договорились о выходе не позднее 15 августа 1096 года и соединении в Константинополе. Филипп, король Франции, снова спасся и сохранил корону для своего сына Людовика. Оставались еще мелкие «проблемки» с вассалами в Бри, английская угроза Гильома Рыжего, но, это ерунда в сравнении с тем, что хотел приготовить ему папа Урбан II. Как было и рассчитано, волна эйфории захлестнула и север Франции. Пришлось королю Филиппу изображать сильную болезнь и на восемь месяцев слечь в постель, но провозгласить своего младшего брата, графа Гуго Вермандуа верховным предводителем франков, который любил добавлять «Великий», вручив ему общее командование над крестоносцами от Франции. Словно в слепоте, папа Урбан назначил командовать крестоносцами… графа Раймона де Сен-Жиль, на которого большинство рыцарей и сеньоров Франции, Лотарингии и германских княжеств смотрели, как на грязного интригана и человека, покусившегося на персону короля! Персону священную, неприкосновенную и недосягаемую. Филипп, прогуливаясь по улочкам Клермона, буквально столкнулся с герцогом Годфруа де Бульон из Нижней Лотарингии. Крепкий и широкоплечий герцог Годфруа, увидев короля франков, поклонился ему, подошел ближе и сказал: — Сир! Рыцарство Лотарингии ужасно возмущено вероломством графа Раймона! Мы сделаем все возможное, чтобы отстранить ненадежного графа де Сен-Жиль от командования объединенными армиями крестоносцев! То, что рассказал нам его высочество герцог Гильом Аквитанский, просто поразило нас всех! Хамство и наглость! Только и всего! Лично я хочу вам сказать – мы уважаем вас, сир… — Спасибо, герцог Годфруа. – Сухо ответил Филипп. Он был поражен неожиданной искренностью сурового герцога де Бульон. – Вы, герцог Годфруа, благородный человек! Кровь Карла Великого не пропала в ваших жилах! Благодарю вас и ваших храбрых и благородных рыцарей…. Бог вам в помощь в этом славном, но трудном и опасном походе! Замок Сент-Круа возле Парижа. 6 ноября 1096 года. Прошел год после собора в Клермоне. Невероятная религиозная эйфория не стихала по всей Европе. Только королевство Англии, на которое был наложен интердикт, оставалось в стороне… Уже схлынула первая волна голытьбы, уведенная на заклание Петром Отшельником и одним преданным королю рыцарем Готье по прозвищу Голяк. Хотя теперь уже и не «Голяк», ведь король дал его сыну хороший надел с замком в графстве Бри. Но везение должно было когда-нибудь закончиться. Весной, тихо скончался первый помощник министра, старина Гуго де Лаварден. Страшно переживал Филипп уход из жизни одного из самых вернейших и преданнейших. Филипп осунулся и, как-то, постарел на глазах. |