Книга Лорел, страница 40 – Лей Гринвуд

— Еще много, очень много лет, я не позволю сыну брать в руки оружие. А если позволю, то только для охоты.

Хен посмотрел на женщину так, словно не решался сказать что-то важное.

— Вы производите впечатление неглупой женщины.

— Что-о-о? — потрясенная услышанным, возмущенно воскликнула Лорел. — Да как вы смеете! Да, я не одобряю стремления мужчин все спорные вопросы решать при помощи оружия, и я…

— Мне кажется, что вы просто не хотите или боитесь смотреть правде в лицо, — перебил ее шериф. — Трудно сказать что хуже: глупость или упрямство. Одно другого стоит.

Всякое бывало за двадцать три года, но никогда еще с Лорел не обращались как с идиоткой. Этот человек не только бесцеремонно вторгался в ее жизнь, но и посмел критиковать ее решения и поступки.

— Я хорошо понимаю ваше желание защитить сына от всех невзгод, — продолжал Хен. — Но не разделяю ваши опасения.

— Премного вам благодарна, — язвительно вставила она.

— Но вы не имеете права не считаться с реальностью. Адам — мальчик и должен вырасти мужчиной. В противном случае найдется кто-нибудь, кто отнимет у вашего сына все, в том числе и самоуважение. И тогда он погибнет.

Впереди показался домик. Ослепленная гневом, Лорел едва различала окружающий мир, но не спорила — Адам не должен ничего услышать.

— Почему вы всегда отсылаете мальчика подальше? Вы думаете, если он не будет слышать разговоры взрослых, это поможет ему найти свое место в жизни?

— Да, я так думаю!

Пытаясь успокоиться, женщина сделала глубокий вдох. Она ничего не добьется, если будет кричать на Хена. В определенном плане Рандольф был даже хуже Карлина. Какую злую, жестокую шутку сыграла с ней судьба! Ее неумолимо влекло к человеку, чей образ мыслей внушал ненависть и безотчетный страх.

Она попыталась заглушить воспоминания о доброте и заботливом отношении Рандольфа и начала думать об отчиме, о Карлине, о Блак-торнах и о мужчинах Сикамор Флате.

— Я постараюсь, чтобы Адам стал джентльменом, — выпалила Лорел. Тело женщины содрогалось от ярости. — Он научится сострадать, научится ценить прекрасное и презирать жестокость. Он узнает, что женщины — это живые существа, которые нуждаются в доброте, заботе и любви. Я научу его терпимости и уважению к людям. Но что самое важное, его чувство собственного достоинства не будет основываться на способности убить другого человека!

— Вижу, вы прекрасно разбираетесь в мужчинах.

— Как, вы же говорили… — растерялась Лорел.

— Но запомните, вы никогда не добьетесь всего этого, если будете держать сына возле своей юбки.

Хен взял руку Лорел и повернул ладонью к свету.

— Вы портите руки.

Пораженная, женщина попыталась отдернуть руку, но сильные пальцы шерифа удержали ее.

— Ваши руки должны быть нежными и мягкими. Вы должны жить в большом доме с большим штатом прислуги. Ваш гардероб должен ломиться от красивых нарядов.

Лорел изумлялась все больше и больше, не в силах сопротивляться.

— Ваши волосы должны быть украшены цветами, вам следует каждый вечер танцевать на вечеринках.

Пытаясь остаться равнодушной к красивым словам шерифа, она, собравшись с духом, высвободила, наконец, руку.

— Может, так оно и было бы, если бы моего мужа не убили через месяц после свадьбы, — сухо произнесла она. — Именно поэтому Адам никогда, слышите, никогда не будет любить оружие.