Книга Ферн, страница 11 – Лей Гринвуд

— Это мой брат Мэдисон, – объяснил Джордж шерифу. – Он приехал, чтобы защищать Хэна.

— Думаю, ничего путного из этого не выйдет до тех пор, пока Дейв будет держаться своей версии.

Мэдисон чувствовал, как в нем растет ярость к этому заносчивому человеку, который, по-видимому, презирает их семью. Он повидал немало ничтожных типов, развращенных властью. Кажется, абилинский шериф из той же категории негодяев.

— Тем не менее, нам надо с ним увидеться, – настаивал Джордж.

— Пожалуйста, – согласился Хиккок и достал из кармана ключи.

К удивлению Мэдисона он протянул их Джорджу.

— Но учтите, парень ни с кем не разговаривает вот уже неделю.

Когда они вышли на улицу, Мэдисон спросил:

— Он что, всем дает ключи?

— Он не хочет прерывать свою игру в карты, вот в чем дело.

Хиккок или слишком уважал Джорджа и не думал, что тот позволит Хэну убежать, или слишком презирал, считая, что побег тот организовать не сумеет, или же ему вообще было наплевать.

Тюрьма оказалась небольшим каркасным строением. Абилин только в прошлом году назначил своего первого шерифа, и пока что город устраивала такая постройка.

Камера Хэна на самом деле была просто комнатой с решеткой на двери. Кровать, стол, стул и лампа для чтения – все это создавало уют, который отсутствовал напрочь в нормальных тюремных камерах.

Хэн валялся на кровати, когда Джордж открыл дверь. Он даже не пошевелился, только посмотрел на человека, который стоял рядом с Джорджем.

Он вгляделся в Мэдисона пристально, узнал его и весь напрягся.

Хэн сел на своей кровати.

— Какого черта ты сюда явился? – спросил он. Говорил он почти шепотом, но очень злобно.

Несколько вариантов ответов вертелись на языке Мэдисона. Будучи виргинцем в Гарварде во время войны, он не раз сталкивался с недружелюбными людьми и знал всякие способы избежать конфронтации. Кому нужно было отвечать вежливо, кому жестко, а кого и ошарашить неожиданным вопросом на вопрос. И с Джорджем, и с Хэном он мог бы поговорить так, чтобы они сразу поняли: его голыми руками не возьмешь.

Но он не для того проделал весь этот долгий путь из Бостона, чтобы скандалить с братьями. Он считал себя человеком достаточно защищенным от эмоций и всякой сентиментальной чепухи, но внезапно обнаружил, что там, где дело касалось его семьи, он все еще оставался ее членом, и все, что происходило в клане, касалось его лично. Все было, как и десять лет назад.

— Я приехал, чтобы помочь тебе.

— И как долго ты пробудешь на этот раз? – осведомился Хэн, даже не думая смягчаться. – Подождешь, пока меня повесят, или уедешь в самом разгаре процесса?

— Тебя не повесят.

— Да? И как же ты это устроишь? Джордж ведь не позволит мне совершить побег. Он вернет меня сюда, если я убегу.

— Я адвокат, – объяснил Мэдисон. – Я намерен доказать, что ты не убивал Троя Спраула.

— Итак, беглец возвращается в качестве классного адвоката, чтобы помочь своим бедным, невежественным братьям, – усмехнулся Хэн.

Мэдисон сдерживался из последних сил. Ни Джордж, ни Хэн так и не простили его. А что уж там ждать от других братьев? Вообще, какого черта он делает здесь в таком случае?

— Почему ты так уверен, что я не убивал Троя? – спросил Хэн, явно пытаясь вывести Мэдисона из себя.

— Я не верю, что ты, которого я знал мальчиком, стал убийцей.