Книга Незримые тени, страница 54 – Дея Нира

В этом сестра была права. Он не любил магазины и длинные разговоры о заколках и платьях, но терпел все ради Софии. Нехотя Деметрий согласился.

Теперь он сосредоточился на ее образе, представил, что сестра рядом с ним в одной комнате, пытался дотянуться до ее сознания, зовя по имени.

Внезапно чувство страха отступило. Он выдохнул и бросился к окну. Живая и здоровая София восседала верхом на лошади, звонко хохоча, а под уздцы ее кобылу вел какой-то чужестранец. Деметрий никогда его не видел.

Он еще не знал, что это за человек, но уже испытал к нему чувство неприязни. Отец и экономка, ясное дело, разохались, когда узнали, что с Софией могло приключиться несчастье. Деметрий побледнел.

— Это моя вина, – сказал он. – Я не должен был отпускать тебя одну.

София махнула рукой.

— Прошу тебя! Ведь все закончилось благополучно! Давайте не будем смущать нашего гостя. Я пригласила его на обед. Ты ведь не возражаешь, папуля?

«Папуля», конечно, возразить не мог. Антоний оказал ему неоценимую услугу. К тому же выяснилось, что приезжий состоятелен и хорошо воспитан. София не сводила с него глаз. Деметрий не мог этого не заметить.

Гость рассказал, что родной брат его матери скончался месяц назад, и оставил ему хороший дом с садом и ферму, которую нужно привести в порядок.

— Собираюсь обустроиться здесь и заняться разведением лошадей, – сообщил Антоний твердым и решительным голосом. – Я в этом знаю толк.

Стало понятно, что он не болтун. Это и смутило Деметрия. По сравнению с неловкими ухажерами Софии этот вызывал непроизвольное уважение. Самое удивительное – и в этом мысли брата и сестры оказались одинаковыми – чужестранец не покорился с первого взгляда силе женских чар.

Безусловно, она понравилась ему, но только на его лице отсутствовало то мечтательное, глуповатое выражение, что появлялось у влюбленных в молодую красавицу. Деметрий был доволен этим открытием, ну, а София впервые испытала странное чувство досады и желания во что бы то ни стало покорить этого наглеца, осмелившегося неосознанно бросить ей вызов.

К тому же он был хорош собой, силен, не беден и похож на одного из героев прочитанного ею романа.

О чем еще могла мечтать девушка?

О покорении сцены София тут же забыла: появился новый смысл в жизни.

Хотя женитьба не входила в ближайшие планы Антония, мысли о дочери смотрителя маяка стали все чаще посещать его.

Он не мог не признать, что она восхитительно хороша собой и являет тот образец женщины, что неизменно волнует всякого мужчину. София была мила и непосредственна, немного капризна, словно ребенок, который хочет получить желаемую игрушку. Она редко хмурилась, а мысли ее порхали, словно бабочки с цветка на цветок.

Но вместе с тем ее очарование настораживало его. Вероятно, чувствовал, что у этой прелестной девушки есть какая-то пугающая сила, которой он не мог дать объяснения.

София же взялась за обольщение «своего пирата», как она его называла, со всей страстью натуры, не знающей преград и отказов. Нет, она не бежала к нему среди ночи, раскрасневшись от волнения, и не ждала его у крыльца. Этого себе София, конечно, позволить не могла. Но она умело использовала весь знакомый арсенал средств обольщения противоположного пола. Благо, все те романы, что она прочла за последние несколько лет, дали ей верные ориентиры для раскрытия женского таланта.