Книга Незримые тени, страница 146 – Дея Нира

Она дитя природных сил. Любой, кто пожелает обидеть вьяру, непременно понесет суровое наказание и будет проклят. Это суеверие не позволяло причинить ей вред.

Но с тех пор минуло много лет.

Старики фермеры давным-давно упокоились на местном кладбище, а их дочка выросла и повзрослела. Хотя она пользовалась уважением среди местных жителей, никто бы не отважился сесть с ней за один стол. Такова была цена ее власти над миром мертвых и живых.

Про нее говорили всякое. Будто она завлекала молодых мужчин своими чарами, а затем избавлялась от них, когда они ей надоедали. Недаром, когда она шла по улице и ветер играл с ее длинными черными волосами, мужчины замирали с раскрытыми ртами, а их жены или подруги сердито отвешивали им подзатыльники. Но если кто из мужчин и решался подойти к ней поближе, то его встречал пронзающий взгляд бледно-голубых глаз. В этом голубом цвете не было небесной чистоты или океанской синевы, а лишь один искрящийся лед, грозящий заморозить любого наглеца.

Мечтать об объятиях вьяры было равносильно погибели. Даже если это казалось притягательным кому-то, в здравом уме ни один здешний мужчина не женился бы на такой, как она. Страх был сильнее любопытства или вожделения. Да и не находилось среди местных того, кто посмел бы прикоснуться к ней. Никто из них не обладал другим умом и пониманием этого мира, чтобы не испугаться последствий.

Да. Вьяра знала себе цену и гордилась собой.

Со временем она стала все реже появляться на людях. Дом, что достался ей по наследству от родителей, не годился. Его перестроил один заезжий архитектор, очутившийся на острове случайно.

Деньги у нее водились. Колдовство колдовством, но возводить кирпичные стены и черепичную крышу силой мысли было даже ей не под силу. Ударили по рукам. Дом получился превосходный: на высоком цоколе, в два этажа, из лучшего красного кирпича. Вход, по желанию Вьяры украсили две горгульи – для устрашения местных. Вокруг дома разбили сад и обнесли высокой оградой, чтобы любопытные не шастали.

Сколько ей было лет, никто толком не знал. В мэрии случился пожар – и надо же, – сгорели документы, которые могли бы пролить свет на происхождение Вьяры. Старожилы еще помнили несговорчивую черноволосую девчонку, фермерскую дочку, от которой шарахались особо религиозные жители, а для всех остальных она была просто Вьярой. Настоящего ее имени никто не знал.

В памяти людей она оставалась женщиной, что уединенно живет в своем каменном доме на краю города.

— Откуда ты столько знаешь о ней? – спросила Анна, когда мальчик прервал свой тихий рассказ.

Он пожал плечами.

— Мама много о ней рассказывала, и бабушка тоже. Когда я был совсем маленький и не слушал взрослых, меня пугали страшными сказками о вьяре, которая ходит под окнами. Если какой ребенок плохо себя ведет, то ему придется плохо.

Анна усмехнулась.

— Не думал, зачем ей это нужно?

Адам покосился на нее.

— Не смейтесь. Вы не представляете, на что она способна.

— Ты это сам видел?

— Можно сказать и так. Она знает все о каждом, кто здесь живет. В ее руках сотни тайн, и реши она заговорить, то многим придется несладко. Можно подумать, что главные здесь мэр и судья, но это совсем не так. Поверьте мне. Они боятся глаза на нее поднять, не то что сказать о ней дурное.