Книга Святочный сон, страница 108 – Ольга Тартынская

— Вы молоды.

В доме зашевелились, вот-вот все проснутся, и начнется повседневная суета. Князь торопливо поцеловал Соню в губы и бросился вон. Закрыв за ним дверь, Соня почувствовала, как она продрогла. Забравшись под теплое пуховое одеяло, она предалась невеселым раздумьям.

Отчего обладание любимым не поднимает ее в горние высоты, не дарует блаженства? Отчего ее любовь не приносит счастья? Оттого, что тайная, не венчанная, отвечала она себе. Соня была так устроена, что не терпела двусмыслицы, подспудности, окольных путей. Князь твердит, что не может без нее жить, а она сделалась его тайной любовницей. Могла ли помыслить прежняя Соня о столь унизительной роли? Нет, она не пойдет к Юрию и под страхом смерти! Лучше завянет от тоски или уйдет в монастырь. Впрочем, можно уехать в деревню, жить, как прежде, когда-то...

Вообразив одинокое, безрадостное существование, бедная дева расплакалась. Нет, теперь ей будет нелегко вернуться в родительский дом, чтобы там встретить бесплодную старость.

В дверь постучали, и сердце Сони вопреки рассудку радостно встрепенулось - князь вернулся. Однако на пороге стояла Сашенька в белом воздушном пеньюаре. Она бросилась к Соне на постель.

— Сонечка, душенька, ты меня спасла! Как я тебе признательна! - она расцеловала заплаканное лицо кузины. - Отчего ты плачешь? Верно, из-за князя? Бедная моя!

Сашенька обняла Соню и прижала к себе.

— Я рада, что ты невредима, - пробормотала растроганная девица.

— Мы ничего не скажем Владимиру, да? - умоляюще взглянула на нее Александрина.

— Разумеется. Я и Даше ничего не сказала, никто не знает...

— Соня, ты прелесть что такое! Я не понимаю этих мужчин. - Сашенька несколько успокоилась. - Вообрази, просыпаюсь, а возле меня этот Коншин, приятель князя. Право, я испугалась, что и Горский в доме!

Соня закусила губу, и глаза ее вновь наполнились слезами. Сашенька по-своему поняла кузину.

— Полно, душенька, забудь князя. Он не стоит твоего мизинца. Да, он изрядный мужчина, но вспомни, как бесчестно он обошелся с нами. Владимир никогда не примет его в наш дом.

Утешение мало действовало, но Сашенька продолжала:

— Разве нам худо жилось? Летом уедем в имение, родится малыш... Кто знает, может статься, и ты найдешь там свою судьбу.

Соня кивала согласно, но мысли ее были далеко...

8.

Коншин махнул рукой на разительно переменившегося приятеля. Он зачастил с визитами к хорошенькой Ланской. Отпуск был на исходе, а дело не сделано. Встреча с Сашенькой вовсе не повлияла на его житейские планы. Конечно, кавалергард слегка погрустил об ушедшей молодости, о пылкости и свежести чувств, а после направил свои помыслы к юной Ланской, знакомство с которой он закрепил в свете. Дела Коншина продвигались, но требовали несколько более времени, чем он располагал, и пришлось просить об отсрочке. Теперь Петруша езживал во все дома, куда его приглашали, посему князь Горский все чаще оставался в одиночестве.

Горский пребывал в смятении. Его не отпускала забота: как быть с Соней? Разочарование, пережитое им в их первую ночь, язвило душу князя, несмотря на все его усилия посмотреть на дело другими глазами. Часто заговаривая вслух, он брал в собеседники или, вернее сказать, в слушатели Эзопку, который безропотно сносил внезапные припадки своего господина.