Книга Любовь во времена Тюдоров. Обрученные судьбой, страница 199 – Екатерина Юрьева, Ольга Болгова

— Да, Аск всегда выделялся среди нас… Одни называли его торговцем законом, другие – красноречивым праведником, – согласился с его мнением о вожде мятежников Боуз. – Впрочем, это не имеет отношения к нашим с вами делам.

Он махнул рукой, вероятно, раскаявшись, что затронул опасную тему, и спросил:

— Что с документами по вашему поместью? Вы привезли их?

Ральф рассказал о посещении стряпчего в Хексаме и признался, что свои бумаги пока не нашел, они у родственника, к которому он вскоре заедет.

За всей этой лондонской круговертью он постоянно забывал о том, что надо как можно скорее консумировать свой брак, чтобы братец Генри не смог устроить какую-нибудь очередную каверзу.

«Как только выясню, кто угрожает Мод, разберусь с ним и сразу поеду к жене в Шропшир, – решил он. – Проверю, как она там устроена, заберу документы и вернусь в Лондон…»

Боуз, вполне резонно предположив, что раз нет решения суда по делу о поместье, то такой тяжбы и не было, и захват земель произошел самовольно, все же выказал желание ознакомиться с документами на право владения Корбриджем, после чего достал несколько аккуратно сложенных исписанных листов бумаги.

— За время вашего отсутствия я составил подробную картину дуэли и записал свидетельства, – сказал он. – Если судить с точки зрения права и прецедентов – джентльмены часто имеют большие несогласия между собой и умудряются сразиться, едва встретившись, – то дело сэра Уильяма могло бы быть и выигрышным, поскольку убийство лесника, да еще на его землях вполне справедливо влечет за собой реакцию землевладельца. Дело усугубляется совпадением событий и гневом короля. Но я уповаю на закон и провидение. Кстати, позвольте задать вам вопрос: отчего леди Перси наняла другого адвоката, мистера Ламлея? Признаться, я был удивлен, узнав об этом.

— Леди Перси? – недоуменно переспросил Перси, – Леди Перси… гм…. Вы уверены в этом, Боуз?

— Уверен ли я? – нахмурился Боуз. – Не сочтите это за некую обиду, сэр, но сегодня утром мне довелось побеседовать с мистером Ламлеем, речь зашла о деле Бальмера, и он был весьма огорошен, узнав, что вы обратились ко мне, а леди Перси – к нему. Надеюсь, речь не идет о доверии или недоверии к деловым качествам одного из нас. Ламлей очень толковый адвокат, он вышел на секретаря верховного судьи, сговорился с ним, чтобы тот составил бумаги для суда в пользу вашего тестя. И у него тоже имеются свидетели, хорошие свидетели. Но мы оба в замешательстве: действовать ли в одиночку или объединить усилия. Я уже намеревался разыскивать вас, чтобы обсудить создавшееся положение.

Перси ответил не сразу, озадаченный неожиданной новостью. До чего же ловкая ему досталась жена – умудряется путешествовать по всей стране и при этом нанять адвоката по делу своего отца!

Разумеется, Ральф не озвучил свои размышления, а со всей доступной ему дипломатичностью сообщил, что, поскольку вернулся в страну недавно, действия супруги, измученной тревогой за судьбу отца, оказались несогласованными с его, Перси, действиями.

— Она слишком чувствительная, вы же знаете женщин, иногда их не уговорить… – последующее поминание им дьявола осталось недоступным для ушей законника.

Ему не хотелось выглядеть в глазах Боуза мужем, который не может управиться со своей женой. Дав добро на совместные действия адвокатов, Перси узнал адрес конторы Ламлея и, оставив на столе Боуза внушительную стопку соверенов на расходы, удалился, прихрамывая, в глубоком раздумье о коварстве женской породы, особенно узаконенного характера.