Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 219 – Анне Якобс

Кто это всегда говорил? Неважно…

— Ты не против, если я немного посплю? Сегодня я почти не спала, – вдруг прервала молчание Мари.

Только посмотрите – она тоже не спала. Может, лучше было бы и вправду ей поспать. По крайней мере, тогда они не будут спорить.

— Пожалуйста, отдыхай. Я сам устал.

Она сняла пальто с крючка и накинула на себя как покрывало. Теперь он не видел даже ее подбородка, но вскоре ее голова немного откинулась назад. Пауль смотрел на ее ноздри и закрытые глаза под ободком шляпы. Темные ресницы. Они изредка подрагивали, вероятно, из-за движения поезда. Постоянный монотонный стук вагонов. Действительно ли Мари спала или просто притворялась, чтобы избежать разговора с ним? Неважно, он смотрел в окно, где проносились голые кусты, мелькали последние дома Аугсбурга, а затем и Дунай, вдоль которого проходила железнодорожная линия.

Зеленые луга, небольшие леса, в которых уже виднелись красновато-коричневые набухшие почки, между ними низкие домики, баржи, лениво плывущие по реке.

Действительно, она спала. Ее правая нога больше не была согнута, а вытянулась в его сторону. Еще немного, и ее темная туфля коснется его ботинка. Когда поезд остановился в Дидорфе, их ноги соприкоснулись, и он посмотрел в ее испуганные, еще сонные глаза.

— Извини.

— Ничего страшного.

Они оба отстранились и напряглись. Мари поправила шляпку, плотнее накинула пальто. Он поборол страстное желание заключить ее в объятия. Так же, как он делал это каждое утро, когда она моргала сонными глазами. Почему люди всегда должны создавать себе проблемы, спорить, хотеть оказаться правым? Не проще ли было обнять друг друга? И заниматься теми страстными и безумными делами, которые они оба так любили?

— Ты уже подумал, что ему скажешь? – спросила Мари.

— Я думал, что ты что-нибудь скажешь.

— А, понимаю. Ну, это зависит от обстоятельств, не так ли?

— Конечно.

Паулю не хотелось сейчас разбираться с проблемами Лизы, вместо этого он раздумывал, не сделать ли Мари признание в любви. Если да, тогда ему нужно поспешить, пока они все еще оставались одни в купе. Ведь это могло быстро измениться.

— Главный вопрос для меня, – продолжала Мари, – почему он не ответил на письмо Лизы? Также возможно, что он больше не живет в Гюнцбурге с братом, а переехал.

— Тогда его брат все равно переслал бы ему почту.

Мари пожала плечами.

— Только если он знает, где Себастьян.

— Посмотрим.

В общем, у него тоже было впечатление, что Себастьян Винклер не особо стремился, чтобы его нашли. Что он был за человек? Сделал ребенка его сестре и исчез. На самом деле он не ожидал такого поступка от этого порядочного и честного парня. С другой стороны, Лиза в то время еще была замужем за Клаусом фон Хагеманом.

Мари встала, чтобы повесить пальто на крючок, значит, не собиралась продолжать дремать. Он прищурился на утреннее солнце, которое теперь косо падало в купе, и подождал, пока она снова сядет.

— Знаешь, Мари, иногда мне кажется, что все эти разговоры и споры ни к чему не приводят.

Она не показала никаких эмоций, что думает об этом предложении.

— У меня, к сожалению, тоже такое впечатление.

— Потому что мы все больше забываем, что нас соединяет друг с другом.

— И потому что ты не хочешь понять, что нас разделяет.

Черт! Не так-то просто было сказать такому упрямому человеку, как сильно ты его любишь. Он сглотнул и сделал новую попытку: