Книга Непокорная фрау Мельцер, страница 214 – Анне Якобс

— Ты должна прочитать газету, тетя Мари.

Мари сняла пальто и шляпу, положила газету на комод. Потом взглянула на передовицу и решила, что спешить с чтением не стоит.

— Формирование правительства снова провалилось. Вильгельм Маркс отказывается от выборов в премьер-министры.

— Не это. – Додо нетерпеливо развернула лист. – Здесь внутри. Новости из Аугсбурга. Уголовные дела и преступления. Там что-то про виллу Мельцеров.

— Что?

Мари не могла поверить своим глазам. Статья о жутком убийстве в старом городе Аугсбурга. Сорокадевятилетнюю владелицу магазина Марию Йордан средь белого дня зверски зарезали в своем магазине.

— Мария Йордан, – прошептала Мари. – Это ужасно. Боже мой, бедняжка. А мы все думали, что ей достался главный приз.

Она встретилась со сверкающими от любопытства глазами Хенни.

— Ты читала, тетя Мари? Убийцей был Юлиус.

— Какой Юлиус?

— Боже правый, мама! – взволнованно воскликнула Додо. – Юлиус, который камердинер на вилле. Тот самый, который всегда так высоко задирает нос и так странно им шмыгает. Он заколол Марию Йордан.

— Пожалуйста, Додо, ты не должна использовать такие слова, они ужасны.

— Но так написано в газете.

Мари быстро пробежала глазами по короткой статье. Юлиус был арестован полицией по подозрению в совершении преступления. Предположительно, он напал с ножом на беззащитную женщину.

— Зарезал, здесь написано. Не заколол.

— Значит, так сказала тетя Гертруда.

С газетой в руках она вошла в гостиную, где Китти сидела в своем мексиканском плетеном кресле с телефонным аппаратом на коленях. Черный витой шнур аппарата, ведущий к месту крепления в стене, был натянут до предела.

— Боже, нет, Лиза, дай ей поспать. Я перезвоню позже. Бедная мама. Как она испугалась. Я не хочу злорадствовать, но с этой Йордан всегда были одни неприятности… Нет, я не злопамятна. У нее были и хорошие стороны… Да, я знаю, что когда-то она работала у нас, но она не любила Мари, и я никогда ей этого не забуду. Как Пауль это воспринял?… Я могу себе представить. О, мой бедный Пауль. У него и так достаточно забот… – Она замолчала, увидев вошедшую Мари, помахала ей рукой и быстро сменила тему: – А малыш хорошо пьет? Как здорово. У тебя, наверное, много молока. Что? Ты могла бы кормить еще одного ребенка? Только не перекармливай его, иначе он станет ленивым соней. Давай заканчивать, Лиза, извини. Мари пришла. Да, я передам ей… И еще, я приеду сегодня днем… Скажи маме, что я утешу ее.

Глубоко вздохнув, она положила трубку и посмотрела на Мари многозначительным взглядом.

— Ты читала? Разве это не ужасно?

— Да. – Мари кивнула, она была занята, тщательно перечитывая короткую статью еще раз. Мельцер, вилла. Они ничего не упустили. Пауль ни слова не сказал об этом.

— Они всеми силами препятствовали выставке картин Луизы Хофгартнер, потому что боялись аугсбургских сплетен, – сказала Китти. – И теперь вот это. Камердинер с виллы Мельцеров – жестокий убийца! У меня мурашки по спине от мысли, что этот Юлиус приносил мне чай и печенье в комнату.

В дверь позвонили, и было слышно, как дети пробежали по коридору, чтобы открыть.

— Ханна! Ты уже читала?

— Юлиус – убийца!

— Примерно сто двадцать ударов ножом.

Дверь на кухню распахнулась, и тут же послышался сердитый голос Гертруды: