Книга Северный ветер, страница 67 – Валентина Нурисламова

А еще Марина чувствовала, как ее кожа покрывается мурашками, — ей даже приходилось обнимать себя себя за плечи и с усилием потирать ладонями руки, чтобы хоть немного ослабить ощущения — от воспоминаний о прикосновениях Артема. Они преследовали ее: во сне и наяву, на работе и дома, в душе, в магазине, на улице — везде. Она сходила с ума, стоило только немного расслабиться и дать волю чувствам. Иной раз буквально на стену лезть хотелось от тоски. Она нуждалась в нем — физически, и не только. И не понимала, как дошло до такого.

Она ведь не была юной пылкой девицей, способной умчаться за любимым мужиком на край света навсегда и пожертвовать всем ради него. В ее-то возрасте нужно было думать и заботиться о куда более насущных делах. Или нет?

Марина терялась. И боялась. Боялась своих чувств, боялась того, что они были сильнее голоса разума, который пока — слава богу! — брал верх, боялась оказаться той самой недообследованной кандидаткой в пациенты психиатрии, которая, бросаясь грудью на амбразуру, готова излечивать своей неиссякаемой любовью раненую мужскую душу — бр-р-р!

И в то же время мучилась из-за того, насколько сильно ей не хватает Артема.

А еще Марина понимала — как никогда остро — что ей нужно с кем-то об этом поговорить. Она запуталась в своих собственных переживаниях и домыслах и безумно хотела совета со стороны.

Она не раз набиралась решимости обсудить все с мамой. Но, когда они созванивались, эта решимость таяла. Не было тех слов, которыми Марина могла бы описать ей, что происходит.

Как-то случайно она вспомнила о Борисе. Не то чтобы она считала его мнение истиной в последней инстанции, но он хотя бы знал Артема, и знал хорошо, и не стал бы судить однобоко, советуя Марине не искать на свою голову лишних проблем, как это сделали бы многие другие.

Номер Бориса сохранился в ежедневнике еще с прошлого лета, правда, чтобы найти его среди других записей, пришлось потрудиться. Он очень удивился звонку Марины, а она растерялась, не зная, как объяснить, что ей было нужно.

— Вы хотите поговорить о Тёме? — сам догадался Борис.

— Да, — с облегчением подтвердила Марина.

Они встретились в одной дешевой пиццерии вечером буднего дня и очень расстроили официанта, заказав только по чашке кофе.

— Вы ездили к Тёме на Кольский?

— А вы хорошо осведомлены, — усмехнулась Марина, сделав вид, что ничуть не смущается.

— Тёма звонит мне иногда, — пояснил Борис. — Он рассказывал, что вы общаетесь. Признаюсь, я был рад этому. Но даже не предполагал, что у вас все выльется во что-то большее. — Он замолчал, испытующе глядя на Марину.

— Чему-то большему вы так же рады, как и телефонному общению? — осторожно поинтересовалась она.

— Само собой! — развел руками Борис. — Но вы ведь явно не о своей поездке хотели поговорить.

— Да, — кивнула Марина. И осеклась. Как правильно сформулировать свой вопрос, она не знала.

— Так о чем же? Мысли я читать не умею, — сообщил ей Борис.

— Это трудно объяснить… — борясь с собой, начала она. — Наверное, мне нужен ваш совет. Просто даже не знаю, к кому еще за ним обратиться… — И она снова замолчала, безуспешно подыскивая нужные слова.

— Хотите понять, что делать с вашими отношениями дальше? — А он, похоже, все-таки немного умел читать мысли!