Книга Дар богов, страница 12 – Валентина Нурисламова

— Не смей больше общаться с Харбардом! — в отчаянии прокричал Ивар.

— Ты не можешь мне приказывать! — хрипло ответила Ангрбода и наконец посмотрела на него — спокойными, как озерная гладь, глазами.

Ивар действительно не мог. Он постепенно понял это за последний год. Ангрбода слушалась его, угождала его капризам (порой, таким, от которых даже мать недовольно сводила брови и качала головой), но лишь тогда, когда хотела. Если же Ангрбоде что-то действительно не нравилось, заставить ее было невозможно. Ивар мог кричать, обзывать ее, щипаться или швырять в нее вещами — тогда она просто уходила, молча. И со временем поступала так все чаще и чаще. Она была словно вода в ладонях: бери и делай, что угодно — хочешь пей, хочешь держи, но одно неосторожное движение — и она протекала сквозь пальцы, мгновение — и ее уже не остановить.

Ивар, тяжело дыша от едва сдерживаемой злости, смотрел в глаза Ангрбоде, а она смотрела в его глаза — почти безо всякого выражения. Казалось, это может продолжаться вечно.

Ивар снова зарычал и, приподнявшись на одной руке, что было сил оттолкнул Ангрбоду.

— Ненавижу! Ненавижу тебя! — прокричал он. — Ненавижу!

Ангрбода уселась рядом и, подтянув к себе ноги, обняла руками колени. И, глядя на море, проговорила тихим ровным голосом:

— Харбард сказал, что пришел в Каттегат на зов Аслауг, но понял, что другая в нем нуждается сильнее. — И она вновь посмотрела Ивару в глаза. Какое было в ее взгляде выражение, он так и не понял: вызов, надежда — или что-то еще?

— Вот и иди к своему Харбарду! — выкрикнул Ивар. — Можешь даже уйти вместе с ним, он ведь всегда уходит! Я не хочу тебя больше видеть! Никогда! Уходи! Ненавижу тебя!

Ангрбода смотрела на Ивара, а он все кричал и кричал, повторяя одни и те же слова. Он даже несколько раз швырнул в нее песком, который загреб ладонями. Песок прилип к ее мокрым волосам и одежде.

А потом Ангрбода отвернулась, поднялась на ноги и пошла прочь. Больше он ее не видел.

Харбард в тот же день ушел из Каттегата, и те, кто видел это, говорили, что Ангрбода ушла вместе с ним.

Флоки выравнивал рубанком сосновую доску. Он строил для Бьерна очередной драккар. Ивар сидел по другую сторону от доски на толстом высоком пне и смотрел, как волны подкатывают к берегу — одна за другой. Рядом с мастерской Флоки всегда были замечательные виды и море казалось особенно манящим и красивым. Может, поэтому Ангрбода так любила его.

Ее не было уже год. Ивар тосковал по ней невыносимо. Но никому не говорил об этом, даже матери и Флоки. Когда братья подкалывали его насчет Ангрбоды, он делал вид, что только рад ее уходу: раз Харбард был ей так дорог — то и пусть. И изо всех сил старался в эти моменты не показывать, как зол на самом деле, чтобы никто не догадался, что он врет.

— А знаешь, у вас глаза похожи, — сказал вдруг Флоки.

— Что? — Ивар удивленно повернул в его сторону голову.

— У тебя и Ангрбоды, — пояснил Флоки, отложив рубанок. — Ну знаешь… очертания, брови… — Он взметнул вверх руку, и пальцы на ней принялись исполнять затейливый танец, пока он говорил. — И цвет немного… хотя у Ангрбоды хоть и голубые, но все же темнее. И чуть крупнее. Вот взгляд — взгляд непохож.

Ивар недоуменно поморщился и уже хотел было спросить, что это за бред, но тут до него дошло: Флоки тоже тоскует по Ангрбоде. И тоже не знает, как высказать эту тоску.