Книга Операция «Рагнарёк», страница 685 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Яркое сияние, ударившее из раструба «пушки», материализовало призраков, вернув их из параллельного измерения, только слегка пересекающегося с текущей реальностью. Взметнулись вверх тяжелые и грубые мечи, боевой клич на древнем языке огласил поле битвы. Но это уже не имело значения, холод отступил, пули и клинки разогнавшихся до предельной скорости и силы солдат разили противника десятками. Трупы, впрочем, исчезали без следа, и скоро только теплый желтоватый свет, все еще бьющий из магической трубы, напоминал о грозном противнике с «того света».

— Ну, кто еще мечтает о загробной жизни? – хмыкнул подошедший к Рыжей Сэмюэль, выключая камеру.

— Молодцы, что догадались это снять, — улыбнулась Кэрол, — камера – страшное оружие в правильных руках.

— Тогда мы пошли, — кивнул стоящий рядом с другом Пауль, — еще кучу кадров настрелять нужно.

*— Bara völdin – Только силой. Боевой клич викингов

157. Равнина Вигридр. Рагнарек (продолжение)

Эйнхерии наступали «свиньей», узким клином с растянувшимися назад флангами, кольцом прикрывавшими вождей и их личную дружину. Там же находились и немногочисленные лучники, воины Вальхаллы предпочитали в бою меч или секиру, ведь только это оружие почиталось достойным руки того, кто стремится в Золотой Чертог. Плотная стена щитов прикрывала шедших в тесном строю воинов, края верхнего и нижнего ряда перекрывались внахлест, защищая эйнхериев от стрел противника.

— Неравный бой, — покачал головой Фионнбар, принимая из рук оруженосца высокий шлем, увенчанный сапфировой звездой, — они знают, что смерть – это лишь мимолетный сон, а завтра снова бой на Бранном Поле. Что будет с теми Ши, кто падет в бою здесь, в междумирье? Вечное ничто или возрождение в Авалоне?

— Не все ли равно, — пожал плечами Джереми, — для этого мира они будут потеряны. Но разве не в наших сердцах живут Дагда и Луг, Морриган и Бригита? Славная ночь для битвы, братец. И пусть мечи споют победную песнь.

— Пора забыть об Авалоне, — сурово произнес Сигурд, — для мира занимается новая заря, и, если рассвет окрасится нашей кровью, не жаль. Лишь бы взошло солнце.

Князья других Домов, движимые теми же чувствами, что охватили сейчас Князя Фионна, хотели вообще запретить своим подданным идти в бой. Лепреконы, брауни, слуаги и прочий Малый народец, здесь, между мирами, могли погибнуть окончательно, потеряв надежду на новое возрождение в человеческом теле. Что ожидало Ши, оставалось неясным.

Фионнбару понадобилось все его красноречие, чтобы убедить Совет отпустить на битву хотя бы три Дома, участвовавших в войне с орками. А Малому народцу дозволено было лишь ухаживать за ранеными, оставаясь за пределами Равнины.

Подошла Уна, в легкой кирасе поверх плотного и узкого платья синего бархата, в серебристом полушлеме, с уложенными на затылке тяжелыми косами. На поясе у Княгини висел меч.

— Давно это было, муж мой, — тихо сказала она, — но моя рука все так же крепка, и не дрогнет, удерживая вожжи. Да не знают промаха твои копья, Князь.

— Пусть кони мчат, словно ветер, Княгиня, — улыбнулся Фионнбар, — навстречу судьбе и новому миру.

Фионнбар поднялся на колесницу, выпрямившись во весь рост и сжимая в руке копье. Уна на сиденье возницы натянула вожжи. Алое знамя с серебряным львом, оглядывающимся через плечо, развернулось на ветру, и вороные кони рванулись навстречу врагу.