Книга Операция «Рагнарёк», страница 667 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

Солдаты грузились в Глобмастер с задней рампы неторопливо, спокойно. Усталые лица красноречиво говорили о том, что это люди, пусть невероятно сильные и выносливые. Но не роботы, не железные машины. Они выложились на полную катушку за эту ночь, и сейчас на суровых лицах только начинали мелькать первые намеки на улыбку, осознание того, что самоубийственная миссия подходит к концу, и до полного успеха остались считанные минуты.

Рыжая поглядела на часы, подняла голову к небу.

— Ты их слышишь? – спросил Войцех, напрягая слух.

— Уже вижу, — кивнула Кэрол, — там над горой.

Войцеху понадобилось усилить зрение и слух магией крови, чтобы расслышать легчайший гул турбин и разглядеть в ночном небе четыре черных треугольника, несущихся, закрывая звезды.

— Сейчас полюбуемся фейерверком и полетим, — сказал он, чувствуя, как сердце начинает биться сильнее. Дуглас отдал жизнь за то, чтобы этот момент настал, и Войцех намеревался насладиться им за двоих.

В-2 один за другим сбросили груз – по две GBU-57, корректируемые противобункерные авиационные бомбы. Тридцать тысяч фунтов общего веса и пять тысяч — боевой части, способные проникнуть в толщу земли на двести футов или пробить пятьдесят футов армированного бетона. Бомбардировщики развернулись над горой и скрылись в ночном небе раньше, чем первая вспышка осветила горы далеко вокруг. Огромные облака черной пыли и каменной крошки заклубились над Аламутом, скрывая крепость из виду. Гром сотряс ущелье, с гор покатились каменные ручьи. Второй, третий… Восемь взрывов один за другим прогремели, отдаваясь от бесчисленных утесов и скал многократным эхом. Но, даже после того, как оно стихло, а пыль потихоньку начала оседать, тихий рокот не смолк.

Вершина горы провалилась, когда перекрытия и переходы рухнули изнутри. От белой крепости, лепившейся к черной горе, осталась груда усыпанных пылью камней. Аламут окончательно стал легендой.

— Это должно было закончиться так, — опустив голову, произнес Аль-Ашрад, — мы заслужили эту кару. Но мы примем ее и будем жить дальше. Сделав выводы и усвоив уроки.

— Хорошие слова, — согласился Войцех.

Солдаты, снова высыпавшие наружу при первом взрыве, вернулись в самолет, и Войцех поднялся по трапу, пропустив перед собой Рыжую, Симокатту и Аль-Ашрада. Последний раз обернулся в сторону обрушившейся горы…

— Твою мать! – заорал он, врываясь в самолет и бросаясь к лесенке, ведущей в кабину. – Всем пристегнуть ремни. Взлетаем!

Рыжая, сообразившая, что на расспросы нет времени, вскочила в кабину с другой стороны и уселась в пустующее кресло Дугласа. Войцех искоса взглянул на нее, лихорадочно щелкая кнопками и тумблерами, но возражать не стал.

Там, впереди, где ущелье слева упиралась в гору, на которой пару минут назад высилось Орлиное гнездо, тонкой алой трещиной разверзалась земля. Гул становился все громче, теперь его было слышно даже в кабине. Самолет задрожал, едва заметно, потом его словно качнуло, когда под ним, глубоко под землей, прокатилась первая волна.

— Kurwa mać, — прошипел Войцех, разгоняя кровь по телу, ускоряясь до предела, подстегивая реакцию до максимально возможного уровня. Кнопки загорались одна за другой под едва заметными глазу стремительными движениями рук.

Загудели турбины, Глобмастер снова задрожал, но уже готовясь к взлету. Трещина в горе стала шире, и яркий поток лавы устремился в ущелье, все быстрее стекая по крутому склону. Земля снова вздрогнула, но Шемет уже потянул на себя ручку, и самолет, наконец, медленно покатился вперед. Навстречу потоку лавы.