Книга Операция «Рагнарёк», страница 560 – Андрей Журавлев, Ольга Сословская

В машине Ксюша задремала, уронив голову на крепкое плечо Быкова, и сны ей снились тревожные и странные. На подъезде к Вольнице девушка вдруг встрепенулась и настороженным взглядом вперилась в темноту за окнами.

— Петр Андреевич, — чуть сиплым со сна голосом прошептала она, — что это там? Не пожар ли?

— Кажись, Федосовка полыхает, — ответил Колька, прибавляя газу, — до границы докатим, там разберемся.

— А телефон на что? – иронически спросил Быков, набирая лейтенанта Назарова.

Но телефон у Митеньки не отвечал, и Ксюша еще больше разволновалась.

До заставы они домчались за пять минут, притормозив у шлагбаума. Из будки навстречу им выскочил часовой, узнал машину, взял под козырек из уважения к Быкову.

— Где командир? – обеспокоенно спросил Быков. – Случилось что?

— Случилось, — хрипло ответил парень, и, словно в подтверждение его слов, издалека, со стороны Федосовки, глухо ухнуло, затрещало, громыхнуло.

Теперь уже видно было, что в таежном поселке, километрах в десяти от блокпоста, и вправду пожар. И, судя по звукам взрывов и автоматных очередей, идет бой.

— Там лейтенант, — коротко доложил часовой, — с ним два БТР и полтора десятка бойцов. Справятся.

— С кем? – спросила Ксюша, но Быков уже вскочил в кабину КамАЗа.

— Поехали! На месте разберемся.

Часовой вернулся в будку, вынес оттуда два АК и сумку с магазинами.

— Вот. Вдруг пригодится. Лейтенанту вернете потом, оружие казенное.

Ксюша кивнула и захлопнула дверь кабины.

По лесной дороге они летели минут пять, и выстрелы слышались поначалу чуть громче, но потом и вовсе стихли.

На месте их встретил Митенька, в разорванной куртке, с лицом перемазанным сажей, но целехонький. Бойцы развернули шланг пожарного насоса и заливали горящие дома. В воздухе стоял удушливый запах гари, раскаленного металла, обугленного дерева и...

«Не думать об этом!» — велела себе Ксюша и подошла к лейтенанту.

— Что тут случилось, Митя?

-Беда, товарищ Ксюша, — отрапортовал он, — бандиты сюда нагрянули. Хорошо мы недалеко стояли. Только...

Он вытер глаза, на которые, не иначе, как от едкого дыма, навернулись слезы.

— Не успели мы. Народ тут рано ложится... Ложился. Они машины на подъезде бросили, чтобы тихо. Двери поленьями подперли, дома подожгли. А в тех, кто выбраться пытался...

Голос изменил лейтенанту и он замолчал.

Ксюша повернулась к догорающим домам. Федосовку-то и поселком с трудом можно было назвать. Так, хуторок, меньше, чем на десяток домов, в большинстве из которых век доживали одинокие старики. Нищета здесь прежде была беспросветная. Но из Петровска помогли, исправно начали возить продукты, приезжала молодежь, чинить покосившиеся избы, доктор Винский лично наезжал раз в пару недель, выслушать жалобы и раздать лекарства. А недавно в Федосовку, где пустовали два дома, переселились из многолюдной Прохоровки две молодые семьи. С детьми.

Ксюша побледнела и сделала шаг к обрушившемуся дому, который с тыла все еще заливали водой. Темные кучки на пороге, за повисшей на оплавленных петлях обгорелой дверью. Они стреляли в тех, кто пытался выбраться...

— Ксения, не ходи, слышишь? – на плечо легла тяжелая рука Быкова.

— Мне нужно, Петр Андреевич, — тихим, но твердым голосом ответила девушка, — если завтра в бой – я должна видеть, за что.