Онлайн книга «Чёрная стая»
|
* * * За один день, работая голыми по горло в ледяной воде, французские понтонеры под руководством генерала Эбле, личным примером вдохновившего своих солдат, навели переправу у Студянки. У саперов не было даже водки, чтобы согреться, после многочасовой работы они вынуждены были спать на снегу в поле. Почти все они погибли, но мосты были построены в срок. Последние части, сохранившие свою боеспособность, отходили в строгом боевом порядке. Переправу охраняли жандармы, не пропускавшие на мосты безоружных, раненых и отставших. Тех, кто пытался прорваться раньше, чем пройдут войска, отгоняли штыками. Первым, 14 ноября, переправился корпус Удино. За ним двинулась артиллерия. Ушли последние обозы с провиантом. 15 ноября Наполеон со штабом и императорская гвардия перешли на западный берег Березины. Бонапарт выскользнул из ловушки. * * * После дела под Борисовым Гродненский полк направился к Студянке, у которой арьергард маршала Виктора переправлялся через Березину. Отход французов прикрывали дивизии Дендельса и Жерара. Витгенштейн несколько раз теснил неприятельские войска, но ожесточенно оборонявшиеся французы и поляки каждый раз отбивали свои позиции. В критический момент Виктор бросил в атаку немецкую кавалерию. Гессенские шеволежеры и Баденские гусары с отчаянием смертников кинулись на каре русских егерей. При поддержке польской пехоты им удалось прорвать каре, большая часть егерей была уничтожена, почти полторы тысячи попали в плен. * * * К тому времени, как корпус Витгенштейна подошел к Студянке, на левом берегу Березины, кроме немногочисленного арьергарда, оставались десятки тысяч безоружных людей. Раненые и измученные до полной потери сил солдаты, интенданты, маркитанты, писари и армейские чиновники, женщины и дети. Среди телег и повозок, забитых еще вчера драгоценной добычей, превратившейся в лихую годину в ненужный хлам, бродили умирающие с голоду, кутающиеся в лохмотья тени забывших обо всем человеческом людей. После отхода войск мосты открыли для всех желающих, и толпы народу ринулись к ним, в страшной давке топча друг друга. Повозки и экипажи теснились на мостах, люди гибли под колесами, падали, дрались, шли вперед по телам упавших, спихивая в реку слабейших, верховые прокладывали себе путь, сшибая пеших, солдаты пробивали дорогу штыками. Но большая часть потерявших всякую надежду людей покорно сидела на берегу, ожидая своей участи. К вечеру мороз усилился, поднялась метель. Обессиленные люди жались друг к другу, снег заметал мертвецов и живых, выпростанные из-под сугробов руки хватали за ноги проходивших мимо. Но никто уже не в силах был протянуть руку помощи другому, лишь собственная участь беспокоила каждого из обреченных. * * * К вечеру к мостам двинулись остатки французского арьергарда. Витгенштейн подтянул к переправе артиллерию, и на отступающие войска обрушился град ядер и картечи. Толпа, всколыхнувшись в едином порыве, хлынула к мостам. Один из мостов рухнул, унося с собой в забитую льдинами реку сотни людей. Отступающие части Виктора прорывались с боем. Рвались зарядные ящики, люди умирали под ядрами русской артиллерии, под ударами французских штыков, под копытами коней, тонули в реке, затертые льдинами, за которые не в силах были ухватиться окоченевшие руки, топтали друг друга в безумной надежде достичь западного берега, где их ждала та же скорбная участь. |