Книга Чёрная стая, страница 117 – Ольга Сословская

— Лизхен, — перебил ее Войцех, — меня не было только два дня. И со мной все хорошо, ты же сама видишь. Что будет, когда я уеду надолго? Эдак ты себя изведешь раньше, чем я вернусь.

— Ты мог погибнуть, — обиженно возразила Лиза, — я боюсь.

— Я сто раз мог погибнуть, еще до того, как мы встретились! — Войцех прошелся по комнате, сжал кулаки, остановился и резко выдохнул. — И я не хочу об этом думать. Я не хочу, чтобы ты об этом думала. Просто дождись меня и верь, что я вернусь.

— Я об этом не думала! — Лиза прижала сцепленные руки к груди. — Видит бог, Войцех, я старалась думать о хорошем. Что ты вернешься героем, что тогда мама согласится. А вчера я вдруг поняла, что это ужасный эгоизм, думать о будущем счастье, когда тебе грозит опасность. Мне было так стыдно. И страшно.

— Погоди, — Войцех подошел к ней и заглянул в глаза, — на что согласится фрау Грета?

— На то, чтобы я вышла за тебя, — Лиза отвела взгляд, — ты же сам сказал, что мы поженимся, когда ты вернешься.

* * *

Войцеха словно молнией поразило, и он рухнул на кровать, переводя дух.

Ему и в голову не приходило, что фрау Грета может отказать бедному ходатаю по крестьянским делам в руке дочери. Конечно, когда она узнает, кто он на самом деле, это переменит ее отношение. Но зачем подавать ложную надежду, если он действительно может погибнуть? С другой стороны, что если она решит устроить судьбу дочери, не дожидаясь окончания войны? Сумеет ли Лизхен противиться воле матери в таких очевидно бедственных обстоятельствах? А ведь он мог бы решить все прямо сегодня. И уже завтра повести Лизу к алтарю. Целая неделя, когда они смогут насладиться радостями, которые сейчас откладывают на неопределенное будущее.

Он снова встал, зашагал по комнатушке из конца в конец под испуганным взглядом Лизы. Она была так хороша в эту минуту. Протяни руку и сорви сладчайший плод, не оскорбив ни ее невинности, ни ее добродетели. Уже завтра вечером…

— Лиза, — начал было Войцех, но тут же осекся.

А если, все-таки, случится самое плохое? Оставить Лизу вдовой? А если будет ребенок?

Мысль о том, что Лизхен займет место Жюстины, упала на весы его сомнений свинцовой гирей. Девочка, чудесная наивная девочка, в руках которой окажутся судьбы сотен людей, ничего не знающая ни о хозяйстве, ни о финансах, доверчивая и неопытная. Руководствоваться в этом вопросе чувствами и желаниями было безответственно и безрассудно. Он не мог этого допустить.

Гнев ушел, сменившись нежностью и жалостью.

— Лизхен, — Войцех поднял девушку из кресла, прижал к груди и зашептал в самое ухо, — Лизхен, я хочу, чтобы каждый раз, как в твою головку постучатся дурные мысли, ты гнала их мечтами о будущем счастье. Я вернусь. Я вернусь и отсыплю его тебе полной мерой. Только дождись. Хорошо?

— Хорошо, — Лиза улыбнулась, — а ты береги себя. Обещай, что с тобой не случится ничего ужасного. Пожалуйста.

Войцех ответил ей долгим поцелуем, и на некоторое время слова потеряли всякий смысл. Лгать Лизе он не хотел.

* * *

То ли брюки он выбрал верно, то ли дело всеобщего образования в Пруссии действительно оказалось в надежных руках, но из Попечительского совета Войцех вышел с сияющей улыбкой и разрешением на открытие в имении народной школы по проекту, начатому еще покойным графом и законченному Жюстиной. Попечителем школы Совет утвердил вдовствующую графиню Шемет, к большому облегчению Войцеха, опасавшегося, что от него потребуют принять на эту должность государственного представителя на время своего отсутствия.