Книга Леди-чертовка, страница 109 – Лиза Клейпас

— Спасибо! – прошептал Уэст, наслаждаясь нежностью ее кожи.

— Спасибо и тебе – за то, что доверился мне.

— Я бы и жизнь тебе доверил.

Он поднял руки, и она ощутила, как освобожденные от гребней, волосы рассыпались по спине и плечам. Уэст отступил на шаг и потянулся к сияющим, как солнце, рыжим локонам, достававшим до бедер. Взяв в руки несколько особенно крутых, он поднес их к лицу, погладил ими щеки и губы. На лице его читалось почти религиозное благоговение.

— Как можно быть такой красивой?

Не дожидаясь ответа, он подхватил ее на руки с такой легкостью, что она ахнула, и через мгновение опустил на смятую после ночи кровать. Опершись на локоть, Уэст кончиками пальцев принялся ласкать открытую часть ее груди, потом, потянув за вырез сорочки, освободил бледно-розовый сосок. На его глазах он затвердел, и он обвел большим пальцем этот бугорок, вызвав сладкую боль, от которой Феба задрожала и выгнулась ему навстречу. Уэст склонил голову и принялся дразнить этот чувствительный бутончик губами и языком, посасывая и мягко сдавливая, а порой сжимая напряженную плоть зубами и нежно прикусывая, отчего внутренности Фебы словно охватывал пожар.

Он приподнял голову и, взглянув на возбужденный сосок, теперь почти алый, тихо спросил:

— Что же нам теперь с этим делать?

Феба залилась краской от мелькнувшей мысли, и пришлось спрятать лицо у него на плече:

— Есть выход…

Он тихонько фыркнул ей в волосы. Она же по-прежнему ощущала тяжесть его тела, горячие губы на своей коже.

— И какой же?

— Тогда в Эверсби… когда мы были в кабинете, и ты… – Тут она запнулась, не в силах произнести вслух то, что тогда произошло.

— Когда я ублажал тебя посреди гроссбухов? – подсказал Уэст, лениво поглаживая ладонью ее спину. – Хочешь повторить, любовь моя?

— Не совсем, – робко произнесла Феба. – Тогда ты предложил… языком.

Тихий смех пощекотал ей ухо.

— Ты и это запомнила?

— Я думала об этом после… – О господи! Она так бесстыдно говорит о своих желаниях! – И… и жалела, что не сказала «да».

Уэст улыбнулся и прижал ее к себе, целуя мягкие кудряшки возле уха.

— Ты стесняешься? Да ничего я так не желал бы, как этого! Это все, чего ты хочешь?

— Нет… – Феба чуть отстранилась и устремила на него серьезный взгляд. – Я хочу, чтобы это наконец произошло… все. Чтобы получили удовольствие мы оба.

Лица их были настолько близко друг к другу, что ей казалось, будто она плывет в бескрайнем синем океане его глаз.

Кончиками пальцев Уэст очертил изящные линии ее лица.

— У нас нет будущего. Нам обоим придется это признать.

Она кивнула:

— Но пока ты здесь, будешь моим.

— Я и так твой.

Уэст сел и принялся медленно освобождать ее от белья, что на ней осталось, но когда Феба потянулась к краю его рубашки, мягко отвел ее руки.

— Я тоже хочу ощущать твое тело без одежды!

— Позже. – Уэст распустил завязку на ее панталонах с кружевной каймой и медленно спустил.

— Почему не сейчас?

Он издал нервный смешок.

— Потому что стоит тебе сейчас ко мне прикоснуться, и все очень-очень быстро закончится. – Из-под опущенных век он разглядывал ее стройное нагое тело, задержавшись взглядом на рыжих кудряшках меж бедер. – Я слишком тебя хочу: так иссохшая земля жаждет напитаться дождем. Быть может, и было в моей жизни время, когда я мог смотреть на тебя вот так и сохранять какую-то надежду на самообладание, хотя сомневаюсь: никогда я не видел никого и ничего столь же прекрасного. – Его руки слегка дрожали, когда он снял с нее подвязки и чулки, отбросил в сторону и, взяв в ладонь ее ножку, поднес ко рту, провел языком по изгибу ступни, потом принялся ласкать аккуратные, как у ребенка, пальчики. – Если я начну делать что-то такое, что тебе не понравится, просто скажи, и я остановлюсь: самообладания мне хватит. Обещаешь?