Книга Айк Дикий, страница 28 – Таня Толчин

— Пусти! Не надо! — её отчаянный крик тонул в громком мужском хохоте.

— Я следующий! — рявкнул кто-то ещё, а огромный потный мужлан грубо прижал Эрну к стене, разрывая с треском на груди ткань её платья.

После того, как Айк захлопнул дверь казармы со двора, он сделал несколько шагов и замер. Из помещения доносился громкий хохот, шумная возня и оживлённые возгласы его воинов, а затем пронзительный визг Эрны… Этот отчаянный крик словно клинком полоснул по сердцу графа, дикая ярость вдруг сменилась какой-то странной болью и ощущением неправильности происходящего… Айк осознал, что сейчас действует не как мудрый управленец, ведь он же лично не приемлет насилия над женщиной, а поступает вопреки здравому смыслу и закону, установленного им же. И этот её отчаянный крик…

Айк с грохотом рванул на себя массивную дверь и буквально влетел в казарму.

— Довольно! — рявкнул граф, мужской хохот тут же затих. — Хватит! Оставь её! — обратился он к воину, который своим весом прижал рыжеволосую девушку к стене, задрав подол её платья и грубо вторгся коленом между обнажённых бёдер Эрны. Мужлан тут же ослабил хватку и нехотя выпустил свою жертву из рук.

— Но Вы же сами велели развлечься… — буркнул недовольно этот воин, поправляя свои штаны и застёгивая ремень. — Я же ещё не начал…

— Позовёшь куртизанку, — процедил Айк сквозь зубы. — За те монеты, что ты проигрываешь в кости мог бы себе и целый гарем завести! — в очах графа полыхнула дикая ярость, он и сам не понимал, почему испытывает желание разорвать этого мужлана на куски. Остальные же воины начали издевательски хохотать над своим боевым товарищем, который так и не успел овладеть этой рыжеволосой девкой.

Эрна опрометью бросилась через отворённую дверь во двор, прикрывая руками разорванное на груди платье. Она словно пребывала в страшном сне, не совсем осознавая реальность. Девушка неслась в сторону ворот крепости, подальше от этого кошмара, от чудовища, от его мерзких воинов… Хотелось утопиться где-нибудь в ближайшем водоёме или сброситься в глубокий ров, смыть с себя тошнотворный запах того до ужаса противного мужлана…

— Эрна! Стой! — за спиной были слышны приближающиеся шаги Айка, тот гнался следом. — Да стой же! — настигнув пленницу, он схватил её за плечи и развернул к себе лицом. Девушку буквально трясло от пережитого шока, по щекам текли слёзы, а взгляд… Она совсем не смотрела на Айка, а куда-то в сторону и дрожащими устами что-то шептала на датском родном языке. Граф встряхнул её за плечи, вглядываясь в потерянный остекленевший взор, Эрна явно была не в себе.

— Эрна! Посмотри на меня! — он пристально вглядывался в бледное личико, на котором проступали веснушки, девушку било крупной дрожью.

— Ненавижу… ненавижу… — шептала она, словно в лихорадочном бреду, слёзы катились из изумрудных невидящих ничего вокруг очей. Айк сорвал с себя плащ и закутав в него Эрну, подхватил её на руки и быстро направился в сторону центральной башни.

— Тише… Тише, Эрна… — еле слышно шептал мужчина, прижимая притихшую девушку в своей груди.

Изумлённая челядь вновь наблюдала за своим господином, теперь уже несущим рыжеволосую пленницу на руках, но Айк и не взирал по сторонам, словно окружающий мир его вовсе не волновал, как и чуть поодаль стоящая Эйлит. Наложница застыла аки вкопанная, скрестив руки на груди, а её взор полыхал нескрываемым гневом. Ведь совсем недавно её известили о том, что господин потащил провинившуюся за что-то язычницу в казармы на потеху воинам, от чего та испытала злорадное удовлетворение, а сейчас… Граф нёс эту девку на руках, прижимая крепко к себе… Эйлит явно не нравилось происходящее, ведь проницательная женская натура наложницы почуяла в Эрне потенциальную соперницу, а в сердце поднималась клокочущая ревность и дикая ненависть к этой рыжеволосой девке.