Книга Грандвелл, страница 64 – Таня Толчин

На запястье красовался браслет с рубином, подаренный графом в знак благодарности за спасение кузины. Не захотела снимать… Он будет напоминать об Эрике… Вдруг стало горько, сердце сжалось. Более ни с кем так не будет, как с ним. Эта первая и последняя ночь врежется в память до конца дней.

Деми вздохнула, украшение не сняла. Затем тихонько выскользнула во двор к конюшням. В нос ударил запах сена и конского навоза.

— Эй, тут кто есть? — спросила она.

Сонный парнишка-конюх зевнул и неторопливо подошел, еще протирая глаза. Деми ему сунула серебряную монетку.

— Давай, побыстрее седлай мне Лучика! Времени мало, хочу на стрельбище, — врала девушка, собираясь покинуть крепость.

— Сию минуту, госпожа, — промямлил сонно парнишка. — И чего ж не спится-то?

Деми лишь нервно пожала плечами и промолчала. Но уже спустя время мчала верхом к воротам замка, которые как раз были откинуты, выпуская из крепости людей.

А путь лежал неблизкий, в сторону приграничных деревень. Но домой Лоувед вернуться не могла. Как же она предстанет после всего перед дядей и тетей? Как посмотрит им в глаза? Навлечет позор на семью. Да и госпожа Лоувед больна, очередное потрясение ей не к чему. И главное, это скрыться от графа, никогда больше не видеть эти темные, смоляные глаза… Не думать о той ночи…

И единственное место, где можно спрятаться от всех, это в приграничном лесу среди разбойников. Деми всегда мечтала о свободе от условностей, вот и получай! Да, слишком опасно… Но где-то там обитает Ден и такие же беглые, отчаянные люди, которые буквально выживают, рискуя каждый день. И сейчас, как никогда Деми ощущала, что ее место среди них. Чаща леса станет либо новым домом, либо погибелью.

— Учитывая то, что написано Эрмин в том ее послании, нам требуется помощь. Противостоять одновременно Мартену и Рендлу весьма проблематично… — произнес Джон мрачно и задумчиво.

Граф Эрик собрал самых верных соратников в зале, где проходили регулярные собрания и советы. На столе красовались блюда с запеченной дичью и ломтями хлеба. В серебряных кубках налито красное вино.

— Я это предусмотрел, Джон. И у нас, возможно, будет весомая подмога, — произнес Эрик, доставая из-за пояса свернутый лист пергамента-письма.

— Обратились к Его Величеству? — спросил Джон.

— Но уж нет. По таким вопросам короля точно беспокоить не стану, — весьма холодно ответил граф. Он считал, что должен сам справляться со своими трудностями. Ведь в глазах Его Величества Грандвелл был сильным воином и управленцем, который и сам считался военной опорой королевской армии.

— Ваша Светлость, тогда кто нас поддержит? — спросил один из соратников.

Эрик задумчиво поглаживал лист пергамента, который держал в руках.

— Завтра на рассвете выдвигаемся в сторону берегов Темзы. Будем вести переговоры с нашим потенциальным союзником. Вот послание от него, — граф продемонстрировал письмо. — Только что гонец принес. Это конунг Ульвар Медноволосый.

В помещении воцарилась давящая тишина. Лишь слышно было завывание ветра за стенами замка и потрескивание огня в камине. — Я отправил два письма в Рендлшир, как только узнал о предательстве, их получил Нил Гаррад, мой человек, который одно из них лично доставил в Данелаг, а во втором были мои распоряжения по поводу дальнейших действий.