Книга Династия Дунканов, страница 66 – Дороти Дэниелс

— Полагаю, он отрицал какую бы то ни было свою причастность к плану разрушения моей карьеры?

— Нет, Дэвид. Он это признал.

— Ему пришлось бы. Как бы он смог это отрицать? Публика пришла в оперу с карманами, набитыми петардами. Это должно было быть спланировано и, конечно, я быстро понял, что так оно и есть. Двое моих музыкантов признались, что им заплатили, чтобы они плохо играли и сбили весь оркестр. Я попытался сделать так, чтобы их признание напечатали в газетах, и все бы узнали правду о случившемся, но… вам нетрудно догадаться, что из этого вышло.

— Клод либо владеет газетами, либо властвует над ними, — сказала я. — Я знаю, дорогой.

— Что он сказал вам помимо признания, что погубил мою карьеру?

— Если я соглашусь выйти за Уолтера, он попросит совет, руководящий Французским Опера Хаус, предоставить вам еще один шанс.

— Я этого не хочу, — горько сказал он. — Для меня с этим городом все кончено… Я… что я говорю? — Он на мгновение склонил голову. — Конечно, я хочу еще одного шанса, но не на таких условиях.

— Лаверн Кейвет предложил нам помощь, — сказала я.

— Итак, у нас есть по крайней мере один друг. Какова же будет его помощь? Он никак не в состоянии повлиять на совет директоров.

— Что мы станем делать? — спросила я.

— Правду сказать, перед тем как мне сообщили, что вы ждете меня, я укладывал вещи. У меня достаточно денег, чтобы нам обоим уехать из города. Где-нибудь я найду работу, любую работу, и начну устраивать вторую возможность собрать оркестр. Это будет нелегко…

— Дорогой, — сказала я, и мое сердце болело за него. — Это невозможно. Клод будет вмешиваться всякий раз, как вы попытаетесь вернуться к вашей профессии. У него везде связи. Это безнадежно.

Дэвид бросил на меня быстрый взгляд.

— Ведь вы не выйдете за этого дубину?

— Я хочу, чтобы вы получили шанс на успех, — сказала я.

— Я этого не допущу. Кроме того, есть и другая причина, по которой вы не можете здесь оставаться. Или вы забыли, что кто-то пытался вас убить?

— Я не забыла.

— И еще одно. Я не знаю, жива Мари или нет. Я потратил некоторое время, разузнавая о ней все, что можно. Она вышла за Уолтера из-за денег его отца. Она смеялась над мужем, порой даже в лицо. Она открыто признавалась, что ненавидит Клода и вообще всех на плантации. Она помыкала Уолтером. И он с этим мирился.

— Он любил ее. И любит до сих пор, — сказала я.

— И все же его отец требует, чтобы он женился на вас?

— Да, и Уолтер согласится.

— А вы нет, — не допускающим возражений тоном произнес он.

Сердце мое болело за него. Все свое будущее он был готов принести в жертву ради меня. Он станет настаивать на этом. Если бы я сказала ему, что я тоже намерена покориться Клоду, он бы ни за что с этим не согласился, и не только еще больше разрушил свои шансы, но и пришел в ярость.

— Может быть, Клод изменит свое решение, — сказала я. — Прежде чем принять свое, хочу еще раз с ним поговорить. Спешки нет, дорогой. Пока ему еще надо добиться от суда решения, объявляющего Мари мертвой.

— Какая разница? Если я не буду управлять оркестром на следующем спектакле, мои шансы упущены. К тому же я не уверен, что у нас много времени.

— Но неделя есть… по меньшей мере.

— Джена, может статься, что Клоду и не нужно решение, объявляющее Мари мертвой. Возможно, она уже и на самом дела мертва.