Книга Династия Дунканов, страница 25 – Дороти Дэниелс

И вновь Лаверн щедро расточал мне комплименты. Аугуста из уважения к сестре выказала меньший энтузиазм. Для меня было очевидно, что она побаивается Дунканов. Я ее в этом не винила. Порой и мне было с ними непросто.

— Вроде бы мы вполне готовы, — сказал Клод с обычным своим нетерпением.

Уолтер подвел меня к экипажу. Конюх заботливо вставил слюдяные заслонки, предохраняющие платье от красной пыли с грунтовой дороги на всем пути до города. Для верности я еще накинула на плечи шаль, хотя день был адски жарким.

Как и предполагалось, Уолтер подождал, пока ландо тронется. Кучер в алой униформе взял поводья, и маленькая процессия из двух карет являла собой величественное зрелище, ибо все мы были разодеты модно и богато.

В миле от усадьбы и плантации дорога стала шире, там был родник, где лошадям дали напиться. Уолтер, не предупредив меня, краем дороги обогнал ландо и быстро погнал лошадей. Я смолчала. Поступки Уолтера обычно были непредсказуемыми, и было почти бесполезно интересоваться их мотивами.

Я не имела понятия, что у него на уме, пока он не вынул кнут и не стегнул лошадей. Они быстро побежали, потом перешли в галоп, от которого экипаж сильно раскачивался и порой готов был опрокинуться. Это не тревожило Уолтера, он продолжал работать кнутом.

Я цеплялась за что придется. Меня так кидало из стороны в сторону, что я была не в состоянии протестовать. Да и сомневалась, будет ли от этого прок. Уолтер заливался смехом, а когда заметил мои отчаянные попытки удержаться и не выпасть из кареты вместе с заслонками и прочим, смех его стал еще более неистовым.

Это продолжалось на протяжении больше двух миль, пока мы не приблизились к городу и на дороге не появились другие экипажи. Тут Уолтеру пришлось замедлить ход, но он столь небрежно обогнал одну сельскую повозку, что наше левое колесо почти погрузилось в мягкий придорожный грунт. Перепуганный этой выходкой фермер пригрозил нам кулаком.

Потным лошадям наконец было позволено перейти на обычный шаг. Я стряхнула пыль с платья, вытрясла шаль и спросила себя, осталось ли хоть что-нибудь от моей прически. Если прежде я Уолтера недолюбливала, то теперь ненавидела.

— Можно узнать, к чему все это было? — спросила я.

— Я думал, вам нравится быстрая езда. Вы не волновались, когда галопом скакали по полям и вышибли меня из седла.

— Вот оно что, — сказала я. — Это ваша месть. Можно было бы выбрать другое время. Для меня и для вашего отца важно, чтобы я выглядела наилучшим образом. Вы почти погубили мое платье. Если меня об этом спросят, я расскажу вашему отцу, как было дело.

— Это его позабавит, — беззаботно ответил Уолтер.

— Едва ли у вашей матери такое же мнение.

— Мама находит забавным все, что бы я ни сделал. Рассказывайте на здоровье.

Я понятия не имела, что Уолтер настолько дитя. Едва ли был смысл с ним спорить. Если я дам волю гневу, весь мой вечер будет испорчен, а у меня имелись особые причины не допускать этого.

Лаверн привез одну из новоорлеанских газет; я, прочитав ее всю, нашла то, что искала. Дэвид Бреннан будет сегодня вечером дирижировать оркестром в опере. Эта новость заставила меня с еще большим нетерпением ждать вечера. Дэвид редко уходил из моих мыслей.

— Попросила бы вас, мистер Дункан, аккуратнее ехать остаток пути; если же вы этого не сделаете, я никогда больше с вами не поеду кататься верхом. Подумайте если не обо мне, то о лошадях.