Книга Его Высочество Пиц. Узы, страница 93 – Елена Бауэр

— Она, скорее, была холодна…

— О, друг мой, тогда это конец! В любом случае, как я уже сказал, тебе это на руку. Радуйся! Я все думал, как скоро вам придется расстаться, оказалось, быстрее всех моих предположений… Сергей будет счастлив!

— Без сомнения.

Павел хорохорился, но на душе острыми, стальными когтями скребли злые кошки. Теперь, когда все было кончено, он никак не мог отделаться от мыслей о женщине, опередившей его с расставанием. Может быть, их роман был для нее лишь забавой и никаких искренних чувств к нему она никогда не питала?

К счастью, нужно было собирать сундуки и чемоданы в Англию, на встречу своей судьбе. Планы постоянно претерпевали изменения.Решено было заехать в Дармштадт к невесте Ники, куда позже должен был приехать и Наследник.

С начала сентября стали приходить тревожные сообщения о болезни Государя. Император с семьей отправились в любимое имение под Варшавой в надежде застать там хорошую погоду. Но природа вдруг ощетинилась, встретив охотников ледяной вполне Питерской моросью. Александр III вновь застудил и без того больные почки. Врачи настаивали на переезде в Ливадию. Государь сопротивлялся, но Владимир сумел убедить его прислушаться к советам докторов.

Павел с Сергеем едва не отбыли в Англию, когда пришли экстренные депеши страшного свойства. Государю стало хуже. В одном из сообщений прямо говорилось, что надежды нет. Приятое путешествие на Туманный Альбион пришлось спешно заменить поездкой в Ливадию. Эллу отправили в Дармштадт. Она должна была привезти в Крым Аликс, которая безумно переживала за жениха и сообщила, что готова миропомазаться сразу по приезду, чтобы доставить радость ему и его родителям, особенно больному отцу.

Пока супруга с будущей Императрицей тряслись по пыльным дорогам, Сергей едва сдерживался, чтобы не устроить выволочку министру двора. Граф Воронцов-Дашков будто нарочно забыл отдать распоряжение о высылке на границу императорского поезда, и Августейшие дамы вынуждены были путешествовать, как простые смертные. Виновник оправдывал свою забывчивость страшными переживаниями за Государя, который был его старинным другом. Но многие, в том числе и сам Сергей, подозревали, что это часть давнишней неприязни между графом и Великим Князем. Однако, отыгрываться на женщинах было бы слишком низко даже для заклятого недоброжелателя.

В окружении близких Государю стало немного легче. Прибыли братья с семьями, королева Эллинов с сыновьями и младшей дочерью. Вскоре приехала невеста Цесаревича, и ее сразу же привели к постели больного.

Меньше, чем через две недели, в день рождения Эллы, Александр III отошел в мир иной. Он умер так же, как жил – спокойно, без агонии, в полном сознании, приобщившись Святых Тайн и попрощавшись с каждым из своих близких.

Братья оплакивали того, кто был центром их большой семьи. Того, кто объединял, давал силу, служил им нравственным камертоном. У Павла было ощущение, будто он потерял отца. Саша, которому еще не исполнилось и пятидесяти, был старше и мудрее многих достопочтенных стариков семейства. Да что там, любимый Папá, который на седьмом десятке все пытался изображать пылкого юношу, готового на самые романтические подвиги, уступал сыну в благоразумии, спокойной уверенности и огромной внутренней силе. Монументальная несущая стена, на которую опиралось все здание Императорской фамилии, вдруг рухнула.