Книга Видевший будущее, страница 23 – Константин Борисов-Назимов

— Скажи дарагай, а Алэсю можна? — прозвучал голос с характерным южным акцентом.

— Ошибся ты, номер какой набираешь?

— Сорок чэтыре, сорок шэсть, сэмь, чэтыре.

– Никогда тут такой особы не проживало, — усмехнулся я.

— Вод вэд сука! Обманула! – расстроился южанин и прозвучали гудки отбоя.

Я широко улыбнулся, порадовавшись за сообразительную и неведомую мне Олесю, которая и в самом деле гадина, раз дала мой номер телефона. Дошёл до тахты и уже собрался бухнуться, как вновь зазвонил телефон.

– Блин! – ругнулся я и вновь поплёлся в коридор. — Да! – чуть раздражённо сказал, сняв трубку, собираясь обложить южанина.

— Макс, дьявол тебя забери! Ты где пропал-то?! Целый день разыскиваю и отыскать не могу! — воскликнул Котыч и без остановки продолжил: — Слушай, я подгребу? Или ты занят?

-- Привет, – потёр я глаза, – что-то случилось?

– Пара новостей есть, перетереть следует, – ответил друг.

– Не вопрос, жду, – ответил я, решив, что ещё одна чашка крепкого кофе не сильно повредит моему молодому организму.

– Ага, уже бегу, но, Макс, ты это, телефон отключи, а то тебя ещё Миха ищет.

– А ему чего нужно? – поинтересовался я.

– Долго рассказывать! Ты, главное, сперва со мной перетри!

– Не вопрос, жду, – озадачился я и положил трубку, но потом, вспомнил о просьбе Котыча и отключил телефон.

Интересно, для чего я Михееву понадобился? Не то чтобы мы дружили, так, приятельствовали. Миха, точнее, Макар его зовут, парень нормальный, но какой-то тихий и всё время ведомый, из-за чего попадает в разные глупые ситуации. Учился в школе более-менее, с нами, в основном тусил, в институт поступил. Хмыкнув, попытался вспомнить, что с ним стало в будущем, но, к удивлению, информацию из памяти не выудил. Вроде бы он куда-то уехал и следы его затерялись. Правда, голова в данный момент не соображает, необходимо взбодриться.

Крепкий кофе помог не слишком, в сон так и клонит. Наконец, в дверь позвонили. Обрадованный, что Котыч не заставил себя долго ждать, я пошёл открывать, но на пороге стоит соседка. Симпатичная, разведёнка, лет двадцати. Постоянного хахаля у неё нет, частенько мне строит глазки и явно намекает на более тесные отношения.

– Привет, ты чего-то хотела? – поинтересовался я.

– Ой, Максим, как хорошо, что ты дома! У меня к тебе две просьбы! Не одолжишь ли немного соли, а то с работы пришла, сунулась готовить, солонку разбила, а запасов нет. Бежать в магазин не хочу.

– Проходи, – посторонился я, пропуская молодую женщину. – Сейчас принесу, пару пачек есть, потом отдашь.

Сказал ей и направился в кладовку. Уж что-что, а соль в доме всегда имеется, так ещё дед, царствие ему небесное, завёл. Ну, в эмалированном ведре три пачки соли, придётся запасы пополнять. Вытащил одну и вернулся к Алле, отмечая про себя, что женщина прежде, чем позвонила в мою дверь, навела, как говорится, марафет. Волосы уложены, на лице макияж, приятные духи и глазки сверкают, а сама в коротеньком халатике. Гм, ножки-то точёные и недавно побриты! Непроизвольно сглотнул, и вспомнил слова Гоги, который возмущался тем, что на меня бабы липнут. Эх, если бы не ждал Котыча...

– Максим, тут такое дело, – почему-то покраснела соседка, – у меня карниз из стены вырвало. Ты не мог бы его починить?

– Это как же его так? – поинтересовался я, понимая к чему дело идёт.