Книга Развивающий скачок, страница 151 – Константин Борисов-Назимов

В тихий и укромный двор, где стоит четыре пятиэтажных дома образовывая этакий прямоугольник, мы подъехали через полчаса.

— Второй подъезд, третий этаж, первая квартира слева, — наморщив лоб, сказал Семен. — Номер хаты не помню.

— Не суть, — хмыкнул я и проверил обойму в пистолете. — Идем втроем, машину не глушить, страховать на улице, — приказал парням и покинул салон тачки.

Семен первый, я за ним, а замыкает нашу компанию Петр, габаритами немного уступающий Вовану, но издали их не раз путали. Подъезд засран: бычки под ногами, шприцы, какие-то обрывки бумаг, стены изрисованы. Хм, как-то это не сочетается с Галиными нарядами, никогда бы не подумал, что она тут живет. Впрочем, сейчас такие подъезды не редкость, домоуправления на уборщицах экономят, а жильцы уже поочередно убираться, как когда-то в Советском Союзе, не желают. Нет, кто-нибудь да пару раз приберется, попытается призвать к совести соседей, но те глухи, и энтузиаст сникает. Очень редко, когда жильцы по лестничным клеткам сообща гоняют компании, которые вечерами загаживают общую площадь.

— Здесь! — указал на дверь Семен.

— Выбью на раз, — хмыкнул Петр.

— Для начала позвоним, — нажал я на кнопку и услышал, как в квартире раздался стандартный трезвон, а потом что-то грохнуло.

— Кто там? — раздался из-за двери мужской голос.

— Вам телеграмма, — бухнул Семен и смущенно плечами пожал, словно оправдываясь.

Ну, давно уже почтальоны не носят на дом телеграмм, точнее, их редко отправляют.

— Так сегодня же наша почта не работает, — озадачено ответил мужик, какой-то второй, уже уверенный в себе, заявил:

— Идите-ка вы лесом торгаши всякой херни! Или может какие-то адепты? Так вот, мы ни в черта, ни в бога не веруем, а бока намять можем!

Семен сделал ко мне движение головой и шепнул:

— Это Герыч!

Я уже и сам узнал, хищно оскалился, ствол вытащил и от двери отойдя, кивнул Петру:

— Твой выход!

Наш боец, повернулся боком, качнулся назад, а потом ударил плечом в дверь и влетел в квартиру вместе с деревянным полотном. Посыпалась штукатурка, подняв облако пыли, раздался чей-то вскрик, а Семен вскочил внутрь и кому-то нанес мощнейший удар. Как понимаю, моему охраннику поставили блок и ответили. Семен удар пропустил и назад отшатнулся, заставив меня попятиться.

— Ах ты гнида! — взревел парень, пропустивший удар и прыгнул в облако еще не осевшей штукатурки.

Слышу, как идет кулачный бой, противники обмениваются резкими ударами с придыханием, и Семен вновь чуть не сбивает меня с ног. Не может он совладать со своим оппонентом, но на этот раз оседает на пороге и явно оказался в прострации. Беру его за плечи и выволакиваю на лестничную площадку, а сам делаю осторожный шаг в квартиру, водя из стороны в сторону пистолетом. Петр сидит у стены, трясет головой и трет глаза. Не рассчитал он, перестарался и сам себе травму нанес.

Хлопнула какая-то дверь внутри квартиры, раздался женский визг. Прозвучало несколько выстрелов и мне пришлось отшатнуться на лестничную площадку, в остатки косяка попала пуля, сантиметрах в двадцати от моего головы.

— Лежать! Не вставать! — ору, пытаясь донести до Петра, что под выстрелы лезть глупо.

Запрыгнул в коридор, благо тот длинный и просторный, есть где от пуль укрыться. Пальнул в сторону ближайшей межкомнатной двери и, как ни странно, в кого-то попал. Раздался вскрик, характерный звук, словно пистолет на пол упал. Без раздумий делаю пару больших прыжков и ногой распахиваю дверь внутрь комнаты. У окна стоит в распахнутом халате на голое тело Галя, наставив на меня пистолет. Герыч сидит у ее ног зажимая бедро, из которого толчками выходит кровь из-под пальцев.