Книга Смотритель, страница 84 – Константин Борисов-Назимов

— Сука! — вырывается у меня рык.

В спину ударил раскаленный свинец, сын мельника не стал дожидаться, когда к нему повернусь, а похоже пули непростые, а заговоренное серебро, иначе бы не пробить им защиту. Оборотни и серебро, да они не любят этот металл, но не из-за того, что он им может причинить боль. Нет, серебро в руках и на теле оборотней начинает светиться, выдавая их принадлежность. Но, черт возьми, как им удалось заряды зачаровать?

— Получи! — с криком набрасывается на меня жена только что убитого волколака.

Нет, тот не мертв, убит — да, но если тело не испепелить, то раны затянутся за пару дней, а потом он и ожить может. Вернется ли в прежний облик или потеряет разум — неизвестно, но случалось в древности, когда недобитка хоронили, а он потом из могилы выбирался и за ночь ближайшую деревню вырезал под ноль, восстанавливая свои силы. За подобными созывались охотники и организовывали охоту, оградив перемещение волколака живым огнем. Кстати, с той поры и на волков так стали охотиться, только вместо огня используют флажки. Как ни говори, а родня и гены у волчьей породы передаются.

Длинный тесак в руках старухи, у которой изо рта торчат клыки и глаза налиты кровью, делает взмах и пропарывает мой бок. Из горла вырывается рев, в боку жжение и становится горячо. Старуха пытается вырвать застрявшее оружие, но я уже в себя пришел, удар сверху вниз и голова оборотнихи разлетается в разные стороны словно лопнувшая тыква, обдавая меня фонтаном крови и кусочками костей. Покачиваясь, оборачиваюсь в сторону оставшегося в живых и перекинувшегося в волка, последнего противника.

Н-да, противник сильный, намного больше самого крупного волка, живущего на моей территории. По габаритам он мне уступает, как и по силе, но в схватке без магии не знаю на кого поставить. Мой источник пуст на две трети, энергии осталось на пару лечебных заклинаний, да на несколько боевых ударов.

— Какого хрена? — спрашиваю волколака.

Тот, прищурив глаза, прижав уши к голове, скалит зубы и медленно приближается.

— Ты убил моих, — рычит волколак, — порву.

— За вами много жертв? — спрашиваю, а потом уточняю: — Как смогли столько лет от меня скрываться? Кто помогал? Как сумели заряды зачаровать?

— Много вопросов Смотритель, — усмехается тот.

— Отвечай! — применяю магию подчинения.

Увы, вижу, что та не сработала должным образом, зря энергию потратил. Эти оборотни не мои подданные, не подчиняется он мне.

— А не пошел бы ты! — рычит тот и делает стремительный бросок.

Тело топтыгина не успело среагировать, волчьи клыки сомкнулись на моем боку рядом с торчащим тесаком. Непроизвольно взвыл и попытался лапой прибить наглеца. Мимо! Волколак отскочил на несколько метров, вся пасть у него в крови и моей шерсти. Он выплюнул вырванный клок мяса и усмехнулся:

— Не так-то ты могуществен, Смотритель. Мне потребуется не так много времени, чтобы оставить истекать тебя кровью!

Ничего не стал отвечать, ударил воздушным кулаком, волколак такой шаг предвидел и заранее выставил щит. Его даже не шатнуло, он вновь прыгнул. На этот раз я смог увернуться, пасть щелкнула в непосредственной близости от моей лапы. Мой же удар когтями пришелся мимо, хотя бил по морде волка и рассчитывал одним махом покончить с врагом. Уже видел, как расплющу ему голову, но волколак оказался проворнее, за секунду до удара смог отскочить, а когда моя лапа ударила по снегу, то он вновь прыгнул.