Книга Рокировка. Новый СССР, страница 85 – Константин Борисов-Назимов

— Итак! Первый раунд начинается! — громогласно объявил распорядитель. — Прошу играющих за чёрных запустить часы своему сопернику!

— Удачи тебе желать не буду, — хмыкнул мой противник и нажал на кнопку часов, стоящих слева от меня.

Я привычно двинул вперёд королевскую пешку. Рыжеволосый ответил зеркально и десяток ходов не происходило ничего интересного. Фигуры на поле занимают позиции, в атаку никто не спешит. Стоило мне выбрать малоизвестное продолжение и рыжеволосый сразу же ошибся, но этого ещё не понял. Зато он начал использовать дар! Мой слон и две пешки окрасились в чёрный цвет. Возникло желание их немедленно съесть. Прикрыл глаза и выпустил из своего источника искру спокойствия. На миг зелёная дымка окутала три мои фигуры, и они обрели прежний цвет. А ладью двинул вперёд, на диагональ, где фигуру можно запереть и безболезненно съесть. Мой соперник дёрнулся и прищурился, пытаясь разобраться в происходящем на доске. Ну, дело в том, что собираюсь выиграть темп, увести на край доски ферзя противника, а потом разнести оборону чёрных и поставить мат. Вновь пара фигур изменила окраску, а я их уже привычным способом вернул в свои ряды. Пока не знаю, как со стороны это выглядит и считается ли, что фигуры перешли в стан противника. Поэтому-то и восстанавливаю позицию на доске, прежде чем сделать ход. Кстати, мы потратили на игру по пять минут и в запасе у каждого остаётся десять.

— Глупый ход, — прокомментировал рыжеволосый и запер-таки мою ладью.

— Мат в пять ходов, защиты от него нет, — прокомментировал я, наблюдая как магические связи между моих фигур полыхнули ярким цветом.

— Блеф дело хорошее, — не поверил мне соперник и сдвинул своего ферзя на нужную мне клетку.

Даже если бы он туда не пошёл, то всё равно бы был обречён, но не так красиво, как наметил. Размениваю слона за пешку, отдаю ладью и двумя конями ставлю красивый мат королю противника.

— Как так-то⁈ — ошарашенно смотрит на шахматную позицию Мартовский кот.

Он до последнего не понял мой замысел. А распорядитель уже объявил мою победу и огласил результат ставок. Кстати, в нашей паре большинство ставило на моё поражение. А вот девица, сидящая рядом с Вадимом, веселится, похоже, она выиграла.

— До начала следующего раунда вам следует пройти в отведённые комнаты отдыха, — произнёс Альберт Георгиевич.

Я встал из-за шахматного столика и отправился следом за официантом, которого выделил в сопровождающие распорядитель.

— Молодец, неплохо сыграл, — похвалил меня Александр Николаевич, когда я к нему пришёл.

— Противник изменял цвет моих фигур. Это видел только я или все? — задал мучивший меня вопрос.

— Для зрителей применение магии не осталось незамеченным, но цвет не был таким же чёрным, как для тебя, — ответил мне Курзин. — Кстати, ты мог бы не тратить силы и не убирать воздействие, а продолжать играть.

— Значит они не перешли в стан чёрных? — уточнил я.

— Нет, — рассмеялся тренер. — Но ты их мог съесть, это правилами допускается, в отличие от классических шахмат.

— И даже если бы они оставались белыми? — поинтересовался у Александра Николаевича.

— А вот тут ошибаешься! Только поддавшись чарам, когда есть тому объяснение, игроку допускается совершать такие действия. Это идёт в зачёт противнику, показывая его способности. Во всём остальном, правила стандартные, — объяснил тренер. — Сергей, ты оказался в лидерах. Гости начнут на тебя ставить и если желаешь сорвать куш, то пытайся сделать так, что выигрываешь чудом.