Книга Дебют. Жить в СССР, страница 110 – Константин Борисов-Назимов

— А я на максимум свои возможности не использовал, — широко ему улыбнулся и добавил: — Ни одной заготовки не применил, комбинировал спонтанно. Боюсь, Жанна окажется разочарована, а она так за вас болеет, — деланно вздохнул и продолжил: — Ничего, надеюсь, утешите друг друга.

— Какой ты самоуверенный, — хмыкнул Курзин, а у самого в ауре взметнулось негодование.

Журналистка мне невольно помогла, когда настраивала тренера на обязательную победу и желательно быструю. Александр Николаевич так и не понял, что его вывел из равновесия ничем не значащими намёками. И ведь дар я не использовал, но перед последними пятью играми наслал на себя бодрость и усилил концентрацию, отрешаясь от происходящего в зале. В моём зрении остались шахматные часы, да происходящее на доске. Рука и в самом деле опережает мысль, точнее, фигуру переставляю и только когда она оказывается на нужном поле, осознаю для чего её туда поставил.

— Шах и мат! — объявил я, проведя неплохую комбинацию, в которой отвлёк внимание Курзина незащищённостью своего короля и вроде бы неуклюже защищался, а сам выстраивал убийственную атаку.

— Как ты это сделал? — уставился на доску тренер. — Не мог я так зевнуть! Господин Смирнов, соперник не нарушал правила? Не сделал ли он два хода подряд, на один мой?

— Господин Курзин, дайте несколько минут для анализа, всё происходило очень быстро, мог не уследить, однако, предварительно, нарушений не выявил, — ответил ему тот.

— Жду, — коротко сказал тренер, расставляя фигуры на исходные позиции.

Я только улыбнулся, оглянулся и подмигнул Лене, которая подняла большой палец вверх и кивнула в сторону Жанны. Та стоит и о чём-то глубоко задумалась, поманил её к себе, а когда журналистка подошла и наклонилась, шепнул ей:

— Во всём есть плюсы, ищи их и играй на чувствах своего парня. Только не промахнись и не перешагни черту. Где-то позлись, посочувствуй, приласкай, а потом сними с него стресс.

— И как это сделать, если ты мне и ему нервы подпортишь? — хмыкнула та.

— А ты подумай, — усмехнулся я.

— Дамы и господа, товарищи, нарушений в предыдущей партии не выявлено, одно очко за победу присуждается господину Горцеву, — объявил Смирнов и уточнил: — Просмотрели протокол, ошибок или двойных ходов не обнаружено.

— Что и требовалось доказать! — воскликнула Сироткина и хлопнула в ладоши: — Серёжа, браво!

Удивительно, но порыв девушки поддержали. Зрители похлопали, приветствуя мою игру и судью.

— О чём там шепчетесь? — подозрительно уточнил Александр Николаевич.

— Меню на ужин обсуждаем, за который вам предстоит заплатить, — усмехнулся ему, а Жанна подтвердила:

— Да, но только думаю, что платить придётся господину Горцеву! — она улыбнулась моему наставнику: — Саша, ты же победишь, верно?

Нет, подбодрить ей Курзина не удалось, тот сделал пару непростительных зевков, которыми я воспользовался и легко довёл до победы и эту партию. При этом мне и в самом деле стало легче играть, словно разогнался и теперь набираю обороты. За долю секунды просчитываю на несколько ходов вперёд, при этом выбирая правильный вариант ответа противника. Что это? Интуиция и реакция обострились? А может так стал работать мозг или дар вносит свою лепту? Точного ответа нет, но уловители магии безмолвствуют.