Книга Оружейник, страница 122 – Константин Борисов-Назимов

— Жейдер! Вливай в Жали энергию и не экономь! — ору, а сам тащу обмякшее тело девушки.

Диагностические щупы выпустил, силовыми пытаюсь остановить кровь. Мне необходим круг силы, резерв стремительно пустеет. Повезло, что пуля не разрывная, она остановилась в сердце и не дает ему работать.

— Что с ней? — подскакивает Камария.

Ничего не отвечаю, держа на руках легкое тело направляюсь в сторону мрачного леса. Утопаю в сугробе, спешу, в висках пульсирует мысль, что не успеваю. Осознаю, что нет времени на заклинание для круга силы. На пути ива, но дерево в спячке.

— Прости, побеспокою тебя, — прикладываю окровавленную ладонь к стволу и направляю посыл бодрствования. — Мне нужны твои жизненные силы, помоги! — произношу, а сам вытаскиваю нож.

Без раздумий распарываю на раненой плащ и водолазку. Телохранительница почти не дышит, дыхание чуть слышно, возможна кома, но источник Жали продолжает бороться.

— Подпитывай ее своими соками, — приказываю иве.

Две ветви с которых падает снег, со скрипом склоняются. Под моим взглядом тонкие побеги уходят под кожу раненой и запускают через ствол циркуляцию крови. У меня не более пяти минут! Мозг и источник Жалианы умрут, оставшись без жизненных сил, и сок ивы не поможет. Без раздумий делаю крестообразный разрез на спине девушки. Пулю необходимо немедленно извлечь. Ладони держу рядом с раной, глаза закрыл, мысленно управляю силовыми щупами. Вот они проникают в сердце Жали, захватывают инородное тело. Подавляю в себе желание рывком извлечь пулю, медленно и осторожно вытягиваю щупы и одновременно восстанавливаю ткани сердца. Сок ивы циркулирует, почти заменил кровь раненой. С противным чавканьем выходит пуля из разреза, накладываю мощное целительское заклинание, приказываю дереву очистить и вернуть кровь в организм моей телохранительницы. Небольшой разряд в сердце. Не запускается!

— Да чтоб тебя! — переворачиваю безвольное тело, бью кулаком по грудной клетке, припадаю к ледяным губам, на которых застыл снег.

Выдыхаю воздух и одновременно, разряд в сердечную мышцу. Есть отклик! Слабый толчок сердца, пауза, еще одно сокращение мышцы у раненой, неровный ритм, пульс на шее нитевидный. Контролирую объем крови и отток сока дерева. Восстанавливаю разрез на спине Жалианы и беспокоюсь об активности мозга пострадавшей.

— Стас, она выживет?! — доносится до меня взволнованный голос Камарии.

Не отвечаю, еще ничего не закончил, жизненные силы вливаются в источник молодой женщины, лежащей передо мной. Я сделал все, что мог. Диагностика прислала отчет, что все органы в порядке, но находятся в заторможенном состоянии. Мозг никак не желает просыпаться и реагировать на раздражители. Сколько прошло времени после выстрела? Не могу даже приблизительно ответить. Склоняюсь над ухом Жалианы и шепчу:

— Если сейчас же не очнешься, то из клана «Парфюмеров» выгоню и одной из хозяек передам, после того как оживлю, раздену и в огромный бант запеленаю.

Глубокий и нервный вдох девушки меня обрадовал. Вот раненая раскрыла веки, сфокусировала взгляд на моем лице и прошептала:

— Что случилось?

— Меня узнала? — обеспокоено спрашиваю.

— Да, — кивнула она, продолжая тяжело дышать.

— Отлично! А что последнее помнишь?

— Мы направлялись за город, я управляла джипом, мы болтали, а потом… — она запнулась и нахмурилась. — Резкая угроза, блок не успела выставить, сильная боль в спине и жар в груди. Сейчас очень холодно и сердце ноет.