Книга Травник, страница 130 – Константин Борисов-Назимов

— Здравствуй, — ответили женщины.

Парни что-то пробурчали, девушка молча кивнула, а Бернард Иванович улыбнулся и приветливо сказал:

— Доброе утро молодой человек! Насколько понимаю, вы тот, кто сегодня сдает экстерном все предметы, чтобы поступить в десятый класс?

— Совершенно верно, — кивнул я.

Один из парней хотел что-то спросить, но тут появился директор, со всеми поздоровался, открыл двери и запустил нас в школу. Перед одним из классов преподаватели велели подождать, пока они подготовятся.

— Чай пить будут! — усмехнулся один из парней и подошел ко мне и протянул руку: — Петр Смуков, пересдача алгебры и геометрии.

— Стас Иванов, сдаю все предметы, — ответил на рукопожатие.

— Это, Василий Чернов, — указал на своего приятеля, который стоит рядом с дверью в класс и пытается подслушать, о чем учителя говорят. — У него беда с физикой и алгеброй. Ты в этих предметах волокешь? Или к нашей недотроге, Леночке-неприступнице обращаться и обещать, что ее зажимать нигде не станем и другим в обиду не дадим?!

— Смуков! У тебя уже перестали яйца болеть после знакомства с моим коленом? — прищурилась девица.

— Машка залечила! Ох, если ты бы только видела, как она млела, то захотела бы на раз на ее месте оказаться, — вернул ей колкость Петр и демонстративно облизнулся.

— Придурок, — поморщилась девушка и с интересом на меня посмотрела: — Значит ты у нас новенький?

— Если сдам, — пожал я плечами. — А у тебя тоже хвост?

— Можно и так сказать, — кивнула девушка, но продолжать не стала.

К нам подошел мрачный Василий и поведал, что учителя устроили что-то типа педсовета, решая какие давать задания, по программе или упрощенные. Директор настоял, чтобы никому спуску не давать и собирается лично проследить, чтобы оценки выставили заслуженные, а не за колку дров и латание заборов.

— Вот гад! Это получается мы просто так математичке помогали?! — возмутился Петр.

— Зарабатывали снисхождение? — удивилась Лена. — Не ожидала, вы такие крутые и кричали, что ни перед кем не прогнетесь.

— А куда деваться? — поморщился Василий. — На завод примут только на полставки, если со справкой о незаконченной средней школе устраиваться придем. Это ты у нас проболела всю весну и то умудрилась почти все сдать. Кстати, так и собираешься поступать в институт? Смотри, в городе большие соблазны и таких дурех на раз разведут на что-нибудь и опомниться не успеешь.

— Посмотрим, — упрямо поджала губы Лена.

— Так! — появился в дверях директор. — Заходим, Смолина, Чернов и Смуков — тянем билеты. Иванов, ты перед комиссией отвечаешь устно на вопросы по гуманитарным предметам.

Гурьбой мы зашли в класс. Уже не удивляюсь обшарпанным стенам, ремонтированным и разрисованным партам, неудобным стульям и порванной географической карте, висящей на стене. Параллельно доске стоят придвинутые друг к другу два стола, на которых разложены прямоугольные листочки. Бернард Иванович скучающе смотрит в окно, одна учительница, хмурясь что-то читает, листая тонкую книжку, вторая же пытается глазами сделать какие-то указания парням.

— Берем и озвучиваем номера билетов, — заявил Семен Павлович и взглянул на свои часы: — На подготовку отводится час времени, если кто-то раньше не управится. Итак, кто смелый?

Лена первой взяла билет и хриплым голосом озвучила, что ей выпал номер — седьмой. Парням повезло меньше, Василий вытянул двадцать пятый, а Петр и вовсе сороковой. Как правило, ученики вызубривают первый десяток билетов, а на последующие у них не остается ни времени, ни желания. Опять-таки, есть и надежда, что попадется однозначный заветный номер.