Книга Дорога мести, страница 129 – Константин Борисов-Назимов

Шангу пришпорил верба и обрушил лезвия двух окровавленных клинков на легионеров, от которых отбивались последние из Синих Всадников, исколотые, израненные, но все еще сопротивлявшиеся. Вращая над головой своими страшными орудиями смерти, он закричал:

— Эй, вонючие риммы! Вы смелы, когда вас несколько против одного! Держитесь! Я иду умирать!

Серж, Шангу и четверо его охранников, врезавшись в неприятельские ряды, начали валить на землю и топтать вербами риммов. За ними прорубали себе дорогу остальные, все глубже вклиниваясь в ряды неприятеля.

Валесий, глядя на это, велел немедленно трубить отбой и, поспешно наведя порядок в легионах, сильно потрепанных жестоким боем, приказал отходить к лесу. Но не успели они двинуться с места, как на опушке появились воины в развевающихся красных одеждах.

Император пал духом от этого зрелища, но все же поспешно перестроил остатки легионов, повернув три из них против основных отрядов степняков, а остальные три — против свежих сил кочевников.

Как только три легиона риммов столкнулись с Красными Всадниками, Шангу собрал оставшихся воинов и обрушился на другие три легиона. Степняки уверенно шли к победе.

Брат императора Антий, с горсткой храбрецов бросившийся на хана всех ханов, был тотчас убит. От быстрых, неотразимых ударов Шангу в одно мгновение пало еще несколько легионеров. Степняки, окончательно победившие, вынуждены были продолжать драться.

Никто не помнил такой кровавой бойни. Более тридцати тысяч риммов и восемнадцати тысяч степняков осталось в этот день навсегда лежать на обширной равнине. Но вот наконец-то битва была закончена, и небольшие отряды легионеров, избежавшие гибели, усталые и обессиленные многочасовой битвой, беспорядочно бежали к лесу, пытаясь спастись от преследовавших их кочевников.

Только в одном месте еще некоторое время продолжалась яростная, кровопролитная схватка. В самом центре, где с неослабевающей силой сражался личный легион императора.

Серж в пылу битвы потерял из поля зрения своих друзей. Теперь, когда все закончилось, он выбрался из центра сражения и, спрыгнув с верба, бросился на поиски, окидывая взглядом равнину смерти. Как тень бродил он среди бездыханных тел лежавших вперемежку степняков и легионеров.

— Карла!.. Карла!.. — кричал Серж время от времени охрипшим и прерывающимся голосом. — Где ты, Карла?..

Медленно приближался он к месту, где битва была особенно продолжительной и жестокой. Радость осветила его лицо, когда еще издалека он увидел знакомую могучую фигуру троддта. В порванном плаще, весь залитый кровью, ящер аккуратно обтирал тряпицей выдвижное лезвие посоха. Забыв обо всем, Серж закричал:

— Кирт, ты живой… живой… живой!

— Прости, человек, я ничего не мог сделать, — тихо, с горечью произнес троддтт. — Она умирает.

Только теперь Серж заметил лежавшую у его ног Карлу. Ее голова покоилась на седле, подложенном, скорее всего, троддтом, а тело прикрывала чья-то куртка. Девушка казалась спящей. Упав на колени, Серж склонился над ней.

— Карла! — прошептал он. — Очнись, Карла!

Карла медленно открыла глаза. Узнав Сержа, она попыталась улыбнуться, но тут же гримаса боли исказила лицо.

— Извини… Не… получилось… — Карла снова потеряла сознание.

Серж осторожно приподнял куртку. Из живота девушки торчала рукоятка короткого меча.