Книга Клан для Антиквара. Книга 2, страница 53 – Константин Борисов-Назимов

— Дед, а может тебе это лучше сделать? — попытался увильнуть внук.

— Нет! — грохнул кулаком по столу старший Сушков. — Сам расхлебывай и с сегодняшнего дня ты не возглавляешь филиал компании «Высшая», заявление напишешь вчерашним числом. Все понятно?

— Без проблем, — не очень-то и расстроился Сергей, а где-то даже вздохнул свободнее, но постарался вида не показывать.

От Олега Борисовича состояние молодого парня не укрылось, но он не стал ничего говорить — бесполезно, следовало раньше думать и правильно воспитывать.

— Деда, а что насчет антиквара? Он же нам столько неудобств доставил, что если узнают, то авторитет упадет.

— Как упадет, так и поднимется, — произнес старший Сушков, а потом признался: — Окончательное решение не принял. Чем-то мне этот граф нравится, хотя он и не на нашей стороне. Посмотрим, прихлопнуть его как комара всегда успеем.

Глава клана прикрыл глаза, он действительно не понимает Кортнева. Любой другой на его месте требовал бы кучу денег, какие-нибудь бонусы, но Виктор ничего не попросил. Похоже, он действительно не хочет враждовать. Но что делать в таком случае ему, главе могущественного клана? Оставить все как есть или немного выждать и одним ударом покончить с возникшей проблемой? Или же довериться интуиции, которая подсказывает, что антиквар далеко пойдет, а сейчас он только встает на ноги и всеми силами вытаскивает из пропасти клан?

Олег Борисович костяшками пальцев выбил причудливую дробь, а потом сказал сам себе:

— Хорошо, пока подожду, а вот потом…

Что последует за этим-самым «потом» он и сам не окончательно понимает, но ведь и прощать ущемлённую гордость нельзя.

* * *

События глазами графа Кортнева.

Секретарша Юлии взяла свою сумочку, висевшую на спинке стула, посмотрела на меня, перевела взгляд на подругу и, закатив глаза, отправилась на выход из зала. Что хотела передать такой мимикой? Наверное, считает нас с графиней двумя дураками, которые сами себя изводят. Честно говоря, я на свою бывшую подругу обижен, очень она некрасиво поступила. Правда, ее осуждаю только за то, что объясниться не захотела. Сказала бы, что любовь прошла, завяли помидоры и ей захотелось новых ощущений. Разумеется, удерживать бы не стал, как и слезы лить. Ну, возможно, выпил пару бокалов коньяка, а потом нашел другую. Стоп! Чего это себя пытаюсь накрутить? Продолжаю злиться и обижаться? Да, к Шитовой, чертовке рыжей, тянет, не получается ее ни забыть, ни из головы выкинуть. А тут сидит рядом, такая исхудавшая, жилка на шее бьется, пальчики мнут салфетку, чтобы не увидел, как они подрагивают.

— Разрешишь присесть? — спросил Юлю, указав на стул, который недавно занимала ее подруга.

— Думаешь Ленка не вернется? — поинтересовалась графиня. — Можешь официанта попросить принести стул.

— Твоя подруга дала возможность нам остаться наедине, — покачал я головой, присаживаясь за столик. — Она точно не захочет быть третий лишней. Как у тебя дела?

— Все отлично, — смотря мне в глаза ответила девушка. — А ты как?

— Нормально, — пожал плечами.

Мы помолчали, потом появился официант и сказал:

— Ваша спутница просила передать, что у нее появилось неотложное дело, она извиняется, но просит ее не ждать, — работник ресторана чуть склонил голову, а потом обратился ко мне: — Господин, могу ли забрать приборы и принести новые? Что желаете заказать?