Книга Книжник, страница 7 – Константин Борисов-Назимов

— Проснулись? — впорхнула в палату молоденькая девушка. — Сейчас напою, восстановление проведу, после посмотрит целительница и сможете отправляться домой, — заявила посетительница.

Из моего горла вырвался хрип, вместо вопроса. Пока ничего не понимаю, а язык не поворачивается, чтоб его!

— Говорить не следует, это последствия лечения, — строго посмотрела на меня девчушка, нахмурилась и представилась: — Меня зовут Юлания, я помощница целительницы Самании. Вам очень повезло к ней попасть!

Девушка продолжает что-то говорить, а сама достала из шкафчика стакан, две мензурки и графин.

— Полстакана воды, порошок сил и зелье от внутренних травм, — комментирует свои действия.

Из стакана небольшое сиреневое облачко поднялось, когда Юлания смешала ингредиенты. Склонилась надо мной и осторожно разжала сжатые челюсти. Духи у девчушки классные, вырез на халате глубокий, а блузочка просвечивающаяся. Хм! Нет, я не женщина, есть слабое шевеление в паху и это очень обрадовало. Правда, моя реакция не осталась незамеченной. Влив в меня настойку, помощница целительницы отошла, но случайно, а может и нет, стащила одеяло. Оказалось, что кроме бинтов на мне ничего нет, а те далеко не все тело укрывают.

— Реакция имеется и это радует, — улыбнулась Юлания, а ее щечки порозовели. — Максимилиан, простите, но боялись, что двигательные способности будут ограничены. Теперь-то видим, что все хорошо.

— Где я? — сумел выдавить и подивился ломкому голосу.

Кстати, тело точно не мое, более молодое.

— В городской целительской больнице, — пояснила девушка.

Наконец-то смог пошевелить пальцами на ногах, чувствительность присутствует, можно выдохнуть.

— А как я тут оказался? — задаю очередной вопрос, радуясь отсутствию боли и надеясь, что ритуал удался.

Не совсем понял, чем она меня напоила и почему врача называет целительницей? Странно как-то, но время разобраться в происходящем есть. Чего еще больному-то делать? А судя по травмам тела, то встану я ни как ни к вечеру, восстанавливаться придется пару недель, если не больше. Уж что-то, а проблемы с позвоночником решаются не быстро.

— Ничего не помните? — поинтересовалась девушка.

Вот тут встала дилемма, что ответить. Большой соблазн признать потерю памяти. Вряд ли это кого-то удивит, но существует риск, что после такого запрут в психушку или ее аналог.

— Смутно, — уклончиво ответил Юлании.

— Ничего, память восстановится, — уверенно заявила та, подумала и добавила: — А если сама не вернется, то Самания поможет.

В этот момент в палате появилось еще два персонажа. Улыбчивая брюнетка и чем-то озабоченный военный. Знаки различия служивого мне незнакомы, как и форму такую никогда не видел, да и с мечами в потертых ножнах в моем мире сейчас никто не ходит. Если же не считать этих отличий, то я еще обратил внимания, что не разу не расслышал звонка на сотовый, рева двигателей от самолетов за окном, как и движущихся автомобилей.

— Юлания, оставь нас, — властно заявила женщина, а когда та безропотно покинула палату, то хмуро сказала: — Максимилиан, вы меня удивили, не думала, что справитесь, очень серьезные получили травмы. Не отвечайте! — выставила перед собой ладонь. — Сейчас вас обследую и, если будет возможно, то господин Бурсер задаст пару вопросов.