Книга Ректор, страница 68 – Константин Борисов-Назимов

— Отец Кати, как ты и прогнозировал, восстановился быстро, но прикидывался больным и какое-то время водил меня за нос. В этом ему, как ни странно, дочь помогала. Не знаю, какие у Островской имелись мотивы, но она не желала нанимать патронажную сестру, отказалась от моих частых посещений. Однако, я сумела диагностировать, что проблем со здоровьем у Матвея Андреевича не осталось, если не считать небольшой слабости. Когда первый раз собиралась отправляться к тебе, то пришла к ним и предложила поехать вместе.

— Отказались путешествовать, — утвердительно кивнул я.

— Причины обозначили такие, что опасаются, как господин Островский перенесет дорогу. Смешно, — Натали горько улыбнулась, — они сами себя обманывали. Но не понимаю, куда смотрела и чем думала Кати!

— Не принимай близко к сердцу, — успокаивающе сказал ей. — У каждого случается выбор, и наша подруга его сделала. Какой использовала мотив — не так важно. Это ее решение и с ним уже согласился.

— Ты не собираешься за нее побороться? — нахмурилась Сухарева, у которой своих проблем на личном фронте хоть отбавляй. — Кати неплохая девушка, немного запуталась и не понимает, что делает.

— Сомневаюсь, — покачал я головой. — Все она осознает, в том числе и трудности, которые возможны. Не забывай про ее отца, Матвей Андреевич от моей связи с дочерью никогда не был в восторге. Прямым текстом говорил, что видит Кати с другим.

— Саша, а ты сам-то что к ней чувствуешь? — чуть слышно спросила баронесса.

— Натали, не береди душу, — отмахнулся я. — Зачастую время все расставляет по местам и проверяет чувства. Если помнишь, Островская уже уходила. Мы сделали вторую попытку сблизиться, вроде даже нашли общий язык и стали притираться. Вот только ни она, ни я — не видели себя вместе в будущем.

— Как и у меня с Максом, — понурилась моя компаньонка.

— Не скажи, — возразил ей, — княжич не собирается тебя отпускать, да и ты без него сама не своя. Другой вопрос, что трудностей на пути не меньше, а даже больше, чем у меня было бы с Кати. Если кто-то испугался и отступился, предал чувства и перестал бороться, то такие отношения обречены. Разумеется, можно пенять на партнера, что он не сделал чего-то большего, не вразумил, не схватил в охапку и не заставил идти вперед несмотря на преграды. Но что насчет уважения? — задал вопрос и прошел к окну, вспоминая наши с Островской отношения и что к ней чувствую. — Выбор делают двое, если он оказывается противоположным, то кто-то приложит максимум усилий и попытается все вернуть. Надолго ли? Сомневаюсь, так невзгоды и радости преодолевают сообща, решаясь идти вместе до конца. Вот ты согласна бороться за счастье, при определенных обстоятельствах?

— Ты про что? — напряженно спросила Натали.

— Есть некие условия, которые никогда не примешь и Максу о них известно. Однако, если он сделает выбор в твою пользу и пойдет наперекор обществу, наплюет на слухи и сплетни, то ведь ты его поддержишь. Не так ли?

— Конечно! — не раздумывая, ответила девушка.

— И это окажется вашим обоюдным решением, — подытожил я. — Ладно, хватит нам копаться в психологии отношений. У каждого своя правда и взгляды. Главное — действовать сообща и тогда будет общее будущее. Если же этого нет, то продолжать отношения — только мучить друг друга.