Книга Другой мир, страница 46 – Константин Борисов-Назимов

— Говорят, на закрытые встречи допускаются избранные, — шепотом заявила та и закатив глаза продолжила: — Нравы такие, что святые угодники краснеют.

— Как такое возможно? — спокойно спросил я, поднимая ставку.

— Разврат-с, — усмехнулся Иван Давыдович и тяжело вздохнув заключил: — Все, свой лимит на проигрыш выбрал. Благодарю за приятную игру и позвольте откланяться.

— Н-да, платят нынче чиновнику-с немного, — пробурчал чиновник в отставке.

— Шел бы в промышленники, — вальяжно отмахнулся Потап Сергеевич, а потом хмыкнул: — Разорился бы на раз с такой осторожностью.

— А в заведении мадам Островской в последний раз на подавальщицах надеты были только короткие фартучки, девицы шампанское разносили и обязательно кланялись, — произнес граф, а потом, сделал пару глотков коньяка из стоящего рядом бокала, причмокнул и заявил: — Жаль до дела не доходит, только глазами и дают посмотреть, а входной билет стоит дорого.

— Но его еще и не всем предоставляют, — раздался голос знойной брюнетки, затягивающейся сигареткой. — Демьян Федорович, мне жаль, что вы нарушили одно из основных правил моего заведения.

— Екатерина Матвеевна, голубушка, смилуйся, — прижал руки к груди граф. — О вашем салоне многое известно, да и ничего плохого там не происходит.

— Я подумаю, — холодно ответила молодая женщина, которой лет двадцать, не больше. — Пару раздач с вами сыграю, а потом уеду, что-то тут сегодня скучно, — произнесла и села наискосок от меня. — Предлагаю ставки поднять, а то по десять копеек как-то несолидно, — произнесла мадам или мадмуазель. — Как насчет тридцати за проход?

Если судить по возрасту, то обращаться к госпоже Островской следует как к незамужней даме. Вот только она могла уже пару раз оказаться вдовой, за такую женщину наверняка частенько дуэли случаются.

— Я пас, да и домой уже собиралась, — заявила мадам Шерстнева и поджав губы сгребла свои фишки, а парочку бросила крупье, который незамедлительно поклонился и произнес:

— Благодарю-с.

— Анна Ивановна, неужели не составите компанию и не поможете мужчин на место поставить? — с улыбкой произнесла Екатерина Матвеевна, но в голосе прослеживались интонации, чтобы та не вздумала оставаться.

— Голубушка, вы еще молоды, а мне пора отдохнуть, — покачала головой женщина, явно слукавив.

Действительно, она резво из-за стола вышла, подозвала официанта и залпом выпив фужер шампанского, направилась к двум молодым людям, один из которых на нее время от времени посматривал.

— В своем репертуаре, — буркнула Островская, провожая взглядом супругу полковника. — Итак, господа, вы примите ставку или у вас головы разболелись? — она с вызовом посмотрела на обидчика Натали, мазнула взглядом по Демьяну Федоровичу и посмотрела мне в глаза.

Ух, не ошибся я, женщина страстная и волевая. Но во взгляде скука, тоска и печаль. Она желает развлечься, но пока у нее плохо получается.

— Александр Иванович, — шепнула мне на ухо Натали, — проводите меня домой. Поймите, сейчас все спустите.

— Милая баронесса, вы же в критический момент мне поможете? — обернулся я к своей партнерше.

— Вы о чем? — оторопела та.

— При желании легко прочтете, что на руках у соперников, — совсем тихо прошептал.

— Не уверена, — нервно заметила девушка.

— Потренируй свой дар, — подмигнул ей, а потом посмотрел на брюнетку, которая склонила голову к плечу и рассматривала меня и Натали: — Ставку принимаю, — подвинул три фишки.