Книга Шаг в неизвестность, страница 82 – Александр Седых

Первый, это запомненные внешние изображения, то что видит глаз мага, в том числе и в магическом диапазоне. Таким образом можно запоминать любое количество страниц книги, что Лекс и делал, просматривая книги этого мира и только потом реально уже в дневнике читал их.

Второй, это придуманные магические конструкции заклинаний в виде законченного набора взаимосвязанных рун или их части. Если имеешь много магической энергии или большой магический накопитель, то готовые заклинания из дневника можно применять мгновенно. Жаль только в этом мире нельзя применять такие заклинания в не защищённых помещениях. Контролировать построения можно только магическим взглядом, а как раз смотреть в источнике невозможно.

Третий вид, это собственные записи и комментарии, пишутся внутренним щупом диагноста, как на листе бумаги. Когда маг артефактор занимается со своим дневником у него просто задумчивый вид, поэтому они никогда не пользуются бумагой для хранения заклинаний. Можно понять бешенство других магов, когда уничтожив мага артефактора, они не находят его секретов и соответственно не могут делать такие вещи, как делал он.

Кроме того дневник позволяет делиться частью или всеми сведениями с таким же дневником ученика, ведь ученик и учитель навечно связаны каналом мыслеречи с помощью печати диагноста. Жаль только канал этот при передаче жрёт уйму магической энергии и пользоваться им часто в том мире, где нет под рукой постоянного магического источника, невозможно. При смерти мага артефактора вся накопленная магическая энергия не пропадает, а используется диагностом для передачи по мыслесвязи информации дневника ближайшему подходящему по параметрам диагносту, а ближайшими как раз и являются либо ученики, либо учитель или магистр, который и являлся учителем учителя.

В середине дня, Лекса вызвал Гранин и попросил прийти к ним в тренировочную пещеру и начать наконец учить их стрелять из лука. Пришлось ему доставать из теневой сумки несколько простых луков и стрелы и идти учить гвардейцев. Очень ответственно ребята относятся к тренировкам. Уровень подготовки они подняли значительно. Наверное скоро придётся подключать их к обучению рукопашному бою вместе Леной – подумал Лекс. Часа через два он потребовался Васильеву. Встретившись с Лексом, тот немного помявшись, попросил дать ему для разведчиков дрессированного ворона, очень уж ему результаты разведки понравились.

— Нет, ворона не могу, – ответил на его вопрос Лекс и видя его обиженную физиономию, усмехнувшись, пояснил. – Вороны живут на одном месте и не любят менять территорию, поэтому вам не подойдут. Вам подойдёт вороньё, хоть они и поменьше, но возможности у них для разведки те же, видят прекрасно, слух отличный, да ещё и разговаривать могут если подучить. Вот только волки вам тоже понадобятся, они в основном ночные хищники, а вороны ночью все таки плохо видят и поспать любят.

— А что и их можно? – с надеждой спросил Лейтенант.

— Можно, можно, – кивнул Лекс, – но только есть несколько особенностей. Выбери ещё трех человек и через часик вызывай меня.

Обрадованный Васильев унесся к бойцам, а ему пришлось выйти из базы в лес и опять использовать призыв. Выбрав из животных пару подходящих ворон и волка с волчицей, Лекс привязал их к кольцам подчинения и привёл в лабораторию. Когда Васильев связался с ним, Лекс провёл его с подчинёнными туда же. Усадил их перед животными и птицами. Людям покрупнее, лейтенанту и его пулемётчику сержанту Никифорову, достались волки, остальным вороны. Лекс коротко пояснил особенности работы с животными через кольца.