Книга Шаг в неизвестность, страница 188 – Александр Седых

Да что же такое творится, – прорычал про себя Гюнтер, с трудом разворачивая, почти не управляемый самолет, подальше от транспортника и спикировал в сторону леса. Он видел, краем глаза, как штурмовик опять пристроился к транспортнику.

А ведь мог догнать и добить, с такой-то скорость, – подумал он, уводя самолет в сторону аэродрома подскока.

Как он добрался до своего аэродрома и как сел, он не помнил. Пришел в себя только когда его уже вытаскивали механики из кабины. Когда он глянул на самолет, ему открылась страшная картина. Обшивка центроплана, начиная сразу от кабины и до хвоста вскрыта очередью крупнокалиберного пулемёта, как консервным ножом. Еще чуть вперёд и также была бы вскрыта его кабина. На левой плоскости, посредине, висели какие-то ошмётки. Как он смог посадить такую развалину, он просто не представлял. Наверное кто-то сильно молился за него в родной Германии. Ни чем другим объяснить это невозможно.

— Кто это вас так приложил, командир? – спросил главный механик, помогая остальным спускать его на землю.

— Демон, – пробормотал Гюнтер слова ведомого.

— Что, всех один? – удивился тот.

— Всех, – выдохнул Гюнтер и добавил, – Ральф, скорее всего выпрыгнул. Остальных не видел. Только черные хвосты в небе.

С трудом придя в себя, Гюнтер осмысленно рассказал всем о скоротечном бое. Командир полка Штейн, выслушав его доклад, сообщил: – подобрали, твоего Ральфа наши панцерники. Ранен легко, его отправили в госпиталь. Остальные не прыгали. Видно погибли ещё в воздухе.

Затем он немного подумал и тихо добавил для всех собравшихся пилотов:

— То что я вам сейчас скажу, я никогда не говорил, а вы не слышали. По возможности не ввязывайтесь в бои с единичными ИЛ‑2, без опознавательных знаков. Это новейшие, русские, экспериментальные истребители. По некоторым данным это летающие танки, в прямом смысле этого слова. Его даже крупнокалиберное зенитное орудие 88 мм не берет, куда уж нашим пукалкам. Несколько этих, как выразился Гюнтер демонов, такую кучу наших накрошили над партизанской базой, что Геринг до сих пор отойти не может. Так что ты Гюнтер не первый, как говорят русские, сел в эту калошу.

Возникшее молчание оказалось гораздо красноречивее слов. Каждый думал если у русских появятся такие самолеты не только в экспериментальном исполнении, то как же с ними воевать. Ответ на этот вопрос не было.

Еще на подлёте к институту Лекс связался по разговорнику с Сизовым и попросил пригнать на взлётную полосу машины и народ для разгрузки. Когда они сели, все были наготове и принялись разгружать и развозить товар, даже Васильев с разведчиками помогал, пока за ними не пришла машина. Первый грузовик сразу загрузили подарками детскому дому и Лена со старшиной и охраной унеслась их дарить. Остальное, ещё одной машиной по очереди, перевезли в подвал института и в столовую. В подвале столовой, где располагалась отдельная холодильная комната, выделили ещё одно помещение, побольше, для хранения быстро портящихся продуктов. Для охлаждения, Лекс на него навесил небольшое заклинание холода. Время от времени надо будет не забывать его подпитывать. Хомякова подсчитала все привезённые продукты и через некоторое время подошла к нему и сообщила: – Командир, если ты не обеспечишь сбыт уже накопленного провианта, то завтра нам не хватит места для хранения. Лекс пообещал решить эту проблему, как можно быстрее. Появилась у него одна интересная идея.