Книга Магнат, страница 59 – Александр Седых, Вячеслав Седых

— Сука, — это незаконно! — из общего невнятного ропота толпы донеслась лишь одна членораздельная реплика.

— Охальник, ты смеешь сквернословить в святом доме! — суровый русский батюшка точно указал пальцем на озвучившего крамольные слова субъекта с задней скамейки. — Встань, выйди в проход и покайся!

Неведомая сила ухватила интеллигентного вида жулика за галстук и вздёрнула за шею, словно на висельной петле. Натужно хрипя и суча ножками по полу, висельник вцепился ручонками в поднятый дыбом галстук. Казалось, будто рука невидимого великана насильно вытащила шаркающего по полу подошвами грешника и поволокла вдоль скамейки с притихшими прихожанами. Жертва грубо топталась по начищенным носкам туфель уголовной братвы, но никто не посмел возмутиться, лишь морщились и щёлкали отпавшими от изумления челюстями.

Дьявольская сила, невзирая на отчаянные потуги ручонок грешника, закрутила галстук вокруг шеи жертвы и, потянув вниз, прижала побледневшей мордой к гранитной плите в центральном проходе. Затем удушающий шарфик слегка приподнял голову страдальца, чтобы через секунду стукнуть лбом о пол — и так троекратно.

— Благодари господа бога, что так легко отделался, — перекрестил кающегося грешника православный батюшка. — Не по христианским традициям в святом храме казнь учинять. Но впредь понимай — против кого смеешь богохульствовать.

После глухих стуков лба грешника о плиты и суровой отповеди русского батюшки, в храме воцарилась напряжённая тишина, лишь из угла слышалось шуршание — католический падре непрестанно осенял себя крестными знамениями и беззвучно шевелил губами, строча оберегающие молитвы. Хотелось верить, что под куполом католической обители невозможны проявления демонических сил. Но на образ святого чудотворца лик грозного православного батюшки походил не очень–то — больше смахивал на попа–расстригу, промышлявшего разбойным кистенём на торговом тракте. И дальнейшая речь Алексея опасения падре только подтвердила.

— Ладно, богу дань молитвой отдали, пора и материальную помощь оказать, — усмехнулся Алексей. — Я так гляжу, что все собравшиеся готовы к пожертвованиям?

Толпа дружно закивала, и многие с облегчением вздохнули — разговор начинал приобретать понятный ход.

— Казацкие рубли, что вам розданы, будьте любезны внести в церковную кассу. Да от себя ещё не забудьте деньжат отсыпать.

Народ охотно зашуршал пригласительными билетами и полез в карманы за кошельками.

— Однако это чуть погодя, — жестом ладони остановил толпу доброхотов казацкий пастырь. — Главное, зачем мы сегодня здесь собрались — это решение вопроса по организации парагвайской мафии.

Народ опять притих, пытаясь осмыслить бредовую идею. В том, кто станет главарём организации, никто из бандитов не сомневался. Немедленно отказываться от вступления — подписать себе смертный приговор. Если отступников, сразу по выходу из храма, казаки не пристрелят, то потом будут упорно гонять с полицией по всем закоулкам Асунсьона. Город небольшой, достанут быстро — придётся только бежать из столицы. Бросать налаженные связи и накопленное имущество было очень жалко. На новом месте всё придётся начинать с нуля, да и конкуренты не ждут с распростёртыми объятиями. С немедленным отъездом можно повременить, в конце концов, вольному человеку никогда не поздно удрать. А вдруг лихой атаман выгодное дело задумал? На пустозвона русский батюшка не похож. Рой схожих мыслей пронёсся в головах притихшей братвы.