Книга Диверсанты Фардара, страница 71 – Вячеслав Седых

Впереди послышался неясный шум, появился призрачный свет. Ещё пара крутых поворотов, и Танг заворожено замер на пороге пещеры. Мрак и безмолвие остались позади, за поворотом расстилался огромный светлый и шумный мир.

Выскочив за угол, беглец в начале ничего не увидел: ослепительная белая вспышка заставила резко зажмурить глаза. Пришлось ждать, пока привыкнут к дневному свету. Только после этого, смог осмотреться. Сбоку и чуть ниже, с камня скатывались мощные звенящие струи воды. Отвесно падая вниз, они, грохоча, разбивались о скальные выступы, разлетались во все стороны слепящим хрусталём брызг, а затем, вновь перемешавшись, бурлили и пенились у подножия горы. Дальше голубой сверкающий поток нырял под ворсистое покрывало джунглей, исчезая в шевелящихся ветром зелёных складках.

Сумасшедший восторг охватил душу в счастливый миг. Только испытавший неволю поймёт, как чувствует себя человек, вновь обретший свободу. Выбравшись из душного пыльного склепа, Танг жадно глотал свежий воздух, напитанный ароматом леса. А как чудесно пахнут цветы! Даже забыл, что на свете есть цветы. Узник подземелья пожирал слезящимися глазами: ярко — зелёные джунгли, искрящуюся хрустальную воду, бескрайнее голубое небо и не мог налюбоваться на сказочную красоту. После тесного мрака Лабиринта мир поражал бескрайним размахом.

— Танг вырвался из Страны Смерти! Танг жив и свободен! — ошалел малыш от счастья.

Несколько последующих дней он залечивал раны, а затем двинулся в дальнюю дорогу. К этому времени рука уже почти не беспокоила. Страшная рана, вовремя обработанная чудодейственным порошком, затянулась паутиной шрамов и лишь изредка ныла.

Путь пролегал по незнакомой местности. Приходилось часто обходить множество болот, хитро раскинувших, в ожидании очередной жертвы, топкие сети трясин. Густые заросли всегда таили смертельную опасность и буквально кишели неведомыми злобными тварями. Знакомых хищников в этих местах у малыша не было, от каждого он спасался бегством или отсиживался на дереве. Любой, кто сильнее, норовил укусить, а то и заглотить целиком, одинокого беззащитного путника. Но постепенно абориген приспособился к жестокому, кусающемуся миру и уже не обижался на мелкие недоразумения с дикой фауной. Танга окружал лес — родина зелёного народа, и он был почти счастлив.

День проходил за днём, Танг всё шёл и шёл на Запад, пока не достиг заветной цели.

Путник стоял на границе дикого леса. Впереди расстилалась величественная круглая долина, утопленная в царстве джунглей. В середине долины возвышался город, неимоверных размеров. Дома, смыкаясь между собой, образовывали рукотворную гору.

Сильны и могущественны большие люди. Пусть трепещет враг.

— Я дошёл, Джанг! — свежий ветер подхватил радостный крик и унёс в волшебную страну.

Спустившись по поросшему кустарником и лианами крутому, почти отвесному, каменному склону, Танг проник в страну белых людей. Затем долго шёл по чудесному лесу. Там деревья росли ровными рядами, а ветви сгибались под грузом сочных плодов. Только к вечеру добрался до взметнувшейся к небу громаде города. Светило уже скрылось за его зубчатой крышей, и он не сразу заметил копошащихся в тени людей. Мрачное выражение их лиц заставило остановиться в отдалении.